Специалисты
Помогаем найти работу в музыкальной
индустрии

Российские промоутеры — о работе с артистами с неоднозначной репутацией

«Личные качества — не повод для расторжения договора»
Фото: Peter Dazeley / Getty Images

 Может ли поведение музыкантов на сцене и особенно вне ее повлиять на их карьеру? «ИМИ.Журнал» поговорил с российскими промоутерами и представителями концертных агентств о работе с артистами со скандальной репутацией.


Борис Елатомцев

сооснователь музыкального агентства JBC Promotion (Самара)

Мало кто из промоутеров целенаправленно интересуется личной и частной жизнью артистов. Я точно не интересуюсь и могу лишь случайно об этом что-то узнать. Другое дело, если артист уже имеет спорную репутацию. Институт репутации артистов в России однозначно есть, просто обычно ее портят более привычные для меня вещи. К слову, что касается недавнего инцидента с Ассаи — я не удивлен тому, что он [плохой человек]. Но проявил он себя в таком качестве для меня давно, и в более привычной для взаимоотношений «артист — промоутер» ситуации. 

Уверен, что промоутеры не станут отменять концерты по причинам появления в биографии артиста спорного эпизода. Особенно если артист хорошо собирает. Это может стать для артиста проблемой на стадии переговоров. Но если такой вопрос возник в момент, когда договоры подписаны, реклама идет и билеты продаются — уверен, что отменять концерт никто не будет. И я не стал бы. Потому что это не повод для расторжения договора (если такой пункт вдруг заранее в нем не прописан), а значит, это убытки не для артиста с неоднозначной репутацией, а для самих промоутеров

Считаю, что на репутацию промоутера может повлиять качество организации концерта, уровень комфорта и настроение пришедших на концерт зрителей — но личные качества и поступки артистов на нее влиять не должны и, на мой взгляд, не влияют. Но повторюсь: при выборе артиста для концерта на такие вещи лучше обращать внимание, особенно если они активно обсуждаются в публичном поле.


Виталий Зимин

глава букинг-агентства Stop the Silence!

Естественно, я против домашнего насилия и вообще какого угодно вида насилия. Но считаю, что к каждому случаю нужен индивидуальный подход.

Ранее я сотрудничал с артистом из США, которого обвиняли в сексуальных домогательствах и даже выгнали за это из группы и с лейбла. Вернее, выгнали не за домогательства, а из-за того что вышла статья, которая могла испортить им репутацию. Зная, что в Штатах подобные ситуации порой доводят до абсурда, я, прежде чем на корню рубить подобное сотрудничество, решил сначала узнать подробности этого дела, а затем принять решение. 

Оказалось, ничего серьезного, даже со слов так называемых жертв. Никакого насилия там по сути не было, не говоря уже об изнасиловании или избиении. Просто музыкант, выпив лишнего, позволял себе чуть больше, чем полагается: откровенно мог приставать к фанаткам после концерта и так далее. Проще говоря, был настоящим тусовщиком и рок-н-ролльщиком, не более того. Его тур организовывало зарубежное агентство, с которым я работаю уже много лет. Им управляют взрослые серьезные люди, которые вряд ли стали бы сотрудничать с преступником. Директор агентства ездил с этим артистом в туры и рассказывал мне, как на самом деле обстояли дела и как вел себя музыкант. Ничего действительно криминального в его действиях не было. Также выяснилось, что у нас с ним много общих знакомых музыкантов — все они в один голос твердили, что пресса преувеличивает и что артист на самом деле вполне адекватный и милый парень. 

Собственно, в жизни так и оказалось, мы даже стали друзьями, и он многое мне рассказал о том, как ему нелегко живется после выхода той статьи. Ему даже пришлось переехать на несколько лет в Европу. По сути, настоящей жертвой стал он сам. После этого скандала он принес публичные извинения, пересмотрел свое отношение к противоположному полу, стал вести себя более сдержанно и вообще серьезно так поработал над собой. Людям свойственно совершать ошибки. Но ведь это не значит, что надо полностью перекрывать им воздух. 

Если будет назначен концерт артиста и я буду уверен в том, что он действительно виновен, то, конечно же, я отменю мероприятие — как это было с отменой участия художника Ильи Трушевского в фестивале «Форма», на котором я работал в прошлом году.
 


Сергей Мурадов

 руководитель концертного агентства Eventation

Промоутер не может брать на себя функции прокурора или суда. Принимать решение об отмене концерта, основываясь на новостях о «насилии, но не очень» (например, об обвинениях в домашнем насилии), мы не можем. Отмена концерта — достаточно катастрофическое событие для промоутера. Это не просто понижение продаж, как в других типах бизнеса, а выкинутые 100% вложенных инвестиций, которые мы пытаемся окупать с прибылью в 10–15%. 

Если же против артиста выдвигают обвинение в совершении тяжкого преступлении, связанного с насилием, скорее всего, к нему будет применена мера пресечения в виде домашнего ареста на период следствия. По этой причине концерт не состоится, и наше отношение к ситуации тут будет совсем ни при чем.

Ровно то же можно сказать в отношении артиста с «сомнительным прошлым». Если он совершил преступление, вина была доказана и он отбыл свое наказание в соответствии с законом, я не вижу причин не сотрудничать с данным артистом по истечении срока наказания.
 


Ирина Щербакова

учредитель и промоутер концертного агентства Caviar Lounge 

Истории, связанные с личной жизнью артиста, мы бы рассматривали с точки зрения продажи билетов, а судить артиста должны другие инстанции. Стала бы я отменять заранее назначенный концерт в связи с возникшими обвинениями в домашнем насилии? Однозначно не отвечу — зависит от ситуации.

Если говорить об артистах, у которых неоднозначная репутация и с которыми мы работали, могу упомянуть разве что Пита Доэрти — но он если что-то и портит, то только имущество и стены в номерах отелей. Но мы понимаем, что он богемный, творческий человек и это его натура. А также закладываем подобные риски в бюджет. За годы сотрудничества мы нашли к нему подход. Эта симпатия взаимна, поэтому каждый раз все проходит достаточно гладко.
 


Иван Белаш

сооснователь букинг-агентства Bootlegger Production

Я никогда не беру на себя роль судьи, морального арбитра. Поведение артистов в личной жизни меня напрямую не касается. Задача промоутера — выполнение обязательств, которые он взял перед артистом, или даже скорее перед его менеджментом. Промоутер вообще не часто контактирует с артистом напрямую. Все эти вопросы входят в зону ответственности персонального менеджмента артиста.

Я не стал бы отменять заранее назначенный концерт из-за подобных обвинений. Промоутер не должен решать за аудиторию артиста, хороший он или плохой. Была масса ситуаций, когда мои любимые артисты были замешаны в криминальных историях и получали реальные сроки. Например, Иэн Браун из The Stone Roses отсидел 4 месяца в тюрьме за дебош на борту самолета. И как это отобразилось на аудитории, на промоутерах? Его и любят за его бунтарский нрав. Было бы странно, если бы рок-музыкант был бунтарем на сцене и абсолютно тихим, спокойным человеком в гримерке. Я отношусь к этому с пониманием. У творческих людей вообще многое строится на страстях, на перепадах настроения. У каждого свои слабости — у кого-то они выражаются в агрессии. Это специфика творческого процесса. Это распространяется не только на музыкантов. Почитайте «Жизнь замечательных людей». Лев Толстой и Михаил Булгаков, на текстах которых людей воспитывают в школе, были очень непростыми, тяжелыми людьми, в том числе в семейной жизни. 

Конечно, если ты молодой артист, ничего из себя не представляешь, на твои концерты приходят «авансом», а ты сразу начинаешь поливать аудиторию говном и допускать в отношении нее агрессию и хамство, то ничем хорошим это не закончится. Но если мы говорим об устоявшихся артистах, как бы цинично это ни прозвучало, неоднозначная репутация даже добавляет к ним интереса. У того же Ассаи в последние годы карьера не идет в гору, уже появилась куча новых молодых героев, — и сейчас этот скандал на самом деле добавляет ему очков, создает дополнительный пиар. Если менеджмент у артиста опытный и умеет лавировать в информационных войнах, он найдет способ перевернуть это в его пользу.

Будут ли после подобных эпизодов меньше покупать билеты на концерты российских артистов? Мое субъективное мнение — нет, не будут. Был случай Федора Чистякова из группы «Ноль». Был риск того, что он мог убить человека. После нападения на женщину с ножом его признали невменяемым, он получил срок и принудительное психиатрическое лечение. Понятно, что это было еще в начале 90-х, и тем не менее я не помню, чтобы была какая-то реакция со стороны общества и бойкот его концертов. 

До эмиграции в США он собирал большие залы как легенда русского рока. В России даже если звезда выйдет на сцену пьяной, невменяемой и просто на второй песне упадет, это совершенно не означает, что на следующий концерт люди не придут. Такие истории были у «НАИВа», у Константина Кинчева. И это никак не разрушило сообщества их фанатов — наоборот, все слали сообщения с лучами поддержки и не просили возвращать деньги за билеты. Хамство в отношении аудитории рок-музыкантам легко сходит с рук, потому что народная любовь выше всего этого. В поп-музыке то же самое: сколько бы Киркоров ни хамил женщинам, ни бил, ни нападал — все эти же женщины потом приходят на его концерты. У нас есть понятие звезды, понятие фанатства — а на то оно и фанатство, чтобы все прощать.
 


Александр Ионов

создатель петербургского клуба «Ионотека», директор независимого лейбла Ionoff Music

Начну с того, что я, конечно, полностью против семейного насилия в его крайних формах. Далее, я готов поспорить о существенности проблем «пощечин» в ходе перепалок между двумя взрослыми людьми. Для кого-то это первый звоночек перед кровавой баней, а для кого-то — просто заурядица: на каждый случай нужно смотреть индивидуально, и для этого очевидно нет ресурсов ни у полиции, ни у Господа Бога. Сам я в детстве нередко становился жертвой домашнего насилия — как вербального, так и физического. Да, это наложило определенный отпечаток на мою психику, но в то же время сделало меня сильнее. Ныть об этом сегодня смысла уже не вижу. 

Теперь по поводу артистов и каких-либо обвинений. В любой цивилизованной стране окончательное решение принимает только суд. «Неоднозначная репутация» — это, скорее всего, конгломерат сплетен и домыслов желтой прессы и обывательской биомассы, попросту никчемная болтовня за спиной. Отличный пример — Майкл Джексон, на которого даже после его смерти сыпались скандальные обвинения в педофилии. Стал бы я сотрудничать со звездой в сложной ситуации? Разумеется, да! Я православный христианин, и для меня первичен тезис «выше закона может быть только любовь, выше права — милость». Я готов предоставить сцену даже окончательно падшему человеку, тем более артисту, в минуты сомнения и тревоги. На сцене «Ионотеки» выступали люди со всеми типами репутаций, которые вы можете себе представить: от законченных психопатов до суицидальных маньяков. Мы работаем в пограничном бизнесе рок-н-ролла, где за каждым демоном прячется гипотетическая дюжина ангелов и наоборот. В клубе «Ионотека» выступали артисты с совершенно полярными репутациями: от «Коррозии металла» с официально запрещенными на территории России треками до ультралевых панк-групп. 

Хочу добавить, что я и сам неоднократно становился жертвой домыслов о домашнем насилии и публичных обвинений, в том числе от таких СМИ, как «Mash на Мойке». Я был невиновен, а очевидная желтая ложь низкопробных изданий была как на ладони. Поэтому еще раз повторюсь: дождитесь решения суда и постарайтесь не сплетничать. У мусульман есть такая мудрость: «Скрывай грехи окружающих — тогда Всевышний Аллах скроет и твои грехи в Судный день». Болтовня и вынос мусора из избы не всегда красиво, особенно если в результате пострадает невинный человек. Приведу пример: лично в моем присутствии произошла драка одного артиста и его девушки в гримерке нашего клуба. Сегодня это звезда общероссийского масштаба. Спустя три года эта пара счастлива в браке, у них ребенок. Что бы стало, если бы я рассказал об инциденте всем вокруг? Не знаю. Но, разумеется, если налицо вопиющее насилие и беспредел, молчать нельзя, нужно действовать.

Поделиться материалом:Поделиться:
Читайте также