

25% площади РФ
3500 км с севера на юг, 3400 км с запада на восток
Дорога на фирменном поезде «Россия» через CФО с запада на восток, от станции Маслянской до станции Байкальск, — 2 дня
Сердцевина страны, соединяющая Восток с Западом. Обширная и очень разносторонняя территория: с одной стороны, здесь расположен третий по величине город России, а с другой — в существенной части округа плотность населения меньше одного человека на квадратный километр. Между десятью регионами округа тоже большой разброс. Одни города ― культурные центры с историей в 300–400 лет (например, Иркутск); другие выросли уже в советское время вокруг индустриальных объектов и мест добычи полезных ископаемых (Новокузнецк, Кемерово). Кому-то достались достопримечательности не федерального даже, а мирового значения (озеро Байкал, Алтайские горы), а у кого-то половина населения сосредоточена в единственном крупном городе, через который даже не проходит Транссиб (речь о Томске).
Музыкальная жизнь тоже очень разнится по уровню развития — даже в городах, казалось бы, сопоставимых размеров. Конечно, активнее всего она развивается в трёх городах-миллионниках: Новосибирске, Красноярске и Омске. Но и здесь ситуация разная: например, в миллионном Омске почти нет больших (да и не очень) фестивалей.
Среди самых устойчивых форматов, которые можно встретить практически в каждом регионе, ― танцевальные самоорганизованные фестивали в лесу, с диджеями разных направлений и общим духом пионерлагеря, и рок-фесты у воды, на которые локальных рокеров собирают организаторы из байкерских клубов.
Отдельное спасибо за помощь в составлении материала:
Александру Арляпову (журнал «Новый рок», Томск)
Даниилу Белоусову («АТАС!», Омск)
Дмитрию Абдусалямову (панк-гараж «Глотка», Иркутск)
Артёму Перову («Мёртвых собак лай», Бийск)

Электронная музыка — главная претендентка на звание самого развитого в Сибири музыкального жанра (мы максимально широко трактуем понятие электронной музыки: включаем в него и диджеев, исполняющих чужую музыку на танцевальных мероприятиях, и артистов, создающих собственную музыку. Причём, по нашим наблюдениям, соотношение между первыми и вторыми в Сибири — примерно 70 на 30).
Электронные опен-эйры на природе
Краеугольный камень сибирской электронной сцены — летний танцевальный опен-эйр за городом. Такие проекты есть практически в каждом регионе Сибири, и большинство из них проходит уже не первый год. Среда эта довольно изменчивая — фестивали меняют названия и локации, переезжают из региона в регион, — но стабильно насыщенная.
Фестиваль India, один из крупнейших представителей этого сегмента, начинался в 2009-м как фестиваль хауса и йоги. Семнадцать лет спустя это масштабный ивент с подзаголовком «Мультивселенная», объединяющий на шести сценах около сотни артистов разных жанров. Фестиваль проходит в Караканском бору Новосибирской области, в 2026 году он длился практически неделю. В дневной программе есть всё: от телесных и родовых практик до лекций на эзотерические темы и мастер-классов, посвящённых чаю.

В Чамале — селе в Республике Алтай с населением около 4000 человек — свои мероприятия проводит творческое объединение Chemal Music Community. В основном составе — пятеро диджеев и музыкантов, уроженцев и жителей района. «Мы не просто играем DJ-сеты — мы создаём рейв-перформансы. Подключаем живые инструменты, делаем джемы и импровизации, используем вокал и микрофон, — рассказывает одна из основательниц сообщества Юлия Овсянкина, aka DJ Птица Овсянка. — Нам важно не только звучание, но и то общее поле, которое создаётся между музыкой, пространством и людьми».
Мероприятия проходят на берегу реки, в шатре возле турбазы, в ДК села Аскат (население — 227 человек). Любимый формат — «чайный рейв»: танцы совмещаются с чайными церемониями, проведёнными по всем правилам. Одним из ярких событий этого сезона стал фестиваль «Слияние» — танцполом был большой ангар на обрыве у слияния рек Катуни и Куюма.
Вообще, чай — ключевой ингредиент сибирского рейва 2020-х. Существуют даже проекты, построенные вокруг чаепития. Так, Somatic Dance проходит в разных локациях Республики Алтай с 2020-го и позиционируется как рейв-фестиваль семейного формата. Тут нет алкоголя, а музыкальная программа завершается к полуночи. «Семейным фестивалем электронной музыки и искусств» называет себя «Чернолесье», проходящее под Томском. На трёх сценах — диджеи из Томска и других сибирских городов, играющих в жанрах от даунтемпо и транса до ликвид-фанка и драм-н-бейса. В дневной программе — мастер-классы по актёрскому мастерству, рукоделию и травничеству и, конечно же, чайные церемонии.

Ощущение пионерлагеря с лёгким театральным уклоном свойственно многим сибирским танцевальным событиям. Похоже устроено «Сплетение», летний проект команды Zen из Томска, существующий с 2010-го: загородная локация с масштабным художественным оформлением, большой диапазон танцевальных жанров от сибирских диджеев (часто переезжающих с одного фестиваля на другой всё лето).
Красноярские проекты придерживаются туристических локаций недалеко от города, где можно использовать уже имеющуюся инфраструктуру. Barhat Music Festival проходит несколько раз за тёплый сезон в «Бархат Парке» в 40 километрах от Красноярска. Форматы бывают разные ― и хаус для одетых во всё белое, и дискотека 90-х с приглашением соответствующих звёзд (Иракли, Катя Чехова, DJ Бойко). Фестиваль «Коннект» проходит в Бобровом логу, горнолыжном курорте, добраться до которого можно за полчаса городским автобусом. Там же, в пляжном комплексе «Мираж», обосновался и фестиваль «Сансет». Его музыкальная политика сформулирована так: «До заката ― хопчик, после ― хаусец, ночью ― мешанина».

Танцевальные сообщества и проекты
О том, где в Сибири проходят рейвы, проще всего узнавать из телеграм-канала Rave Advisor. Штаб-квартира проекта базируется в Новосибирске, но анонсы охватывают всю Западную Сибирь — Барнаул, Красноярск, Томск, Кемерово и другие города.

В Новосибирске танцевальные мероприятия делают проект Aktrue, специализирующийся на попап-вечеринках в неожиданных локациях (аэропорт, карьер, заброшенный ДК, пионерлагерь), и диджейский дуэт «Ре-Плей» (каждое лето: сезон вечеринок на корабле, курсирующем по Оби), творческое объединение Ginger Corporation, отдающее предпочтение музыке с глубоким басом и ломаными ритмами (флагманский проект — регулярный фестиваль Neuropunk Сибирь) и множество других команд.
Особенность танцевального Томска — развитая культура вечеринок с участием саунд-систем в классическом, ямайском понимании слова. Команда, делающая вечеринку, обеспечивает не только общее видение и отбор музыки, но и собственный, самостоятельно разработанный комплект звукового оборудования. По такому принципу здесь действуют и Soundgeeks (у которых имеется собственный бренд аудиооборудования Warp Audio), и Elki Hi-Fi, и Suberian Steppa.

О культуре саунд-систем, трудностях, с которыми они сталкиваются, и особой математике, при которой один понимающий человек важнее, чем пять тусовщиков, основные участники сообщества рассказывали в материале для «Мастеров Сибири».
В Красноярске в нише электронной музыки работают сообщество 5h.comm, создающее фестивали «Коннект» и «О2», музыку в клубе «М96» и баре 5Hours, и команда «Санктум», активно осваивающая нетипичные для танцев площадки (например, городские рынки). В Омске отдают предпочтение андеграундным рейвам, часто в буквальном смысле — в тайных локациях и с минимумом медийного шума. Среди команд, которые устраивают такие тусовки, — например, «12 обезьян» или No More Rave!. Следить за афишей подобных историй можно в сводном телеграм-канале «333% Омск».
В Кемерове вечеринки делает команда Guilty Pleasure. В 2026 году участники сняли о своих мероприятиях документальный фильм «Громкость», и теперь приезжают в соседние города на гастроли не только с диджейскими сетами, но и с показами.
Иркутская команда Tok активно сотрудничает с художественным сообществом города и летом 2026-го впервые опробовала формат фестиваля во дворе галереи современного искусства. «Ритм-секция» — не только организаторы вечеринок с танцевальной музыкой с винила (играют и хип-хоп, и техно, и поп-хиты разных лет), но и летописцы диджейской сцены родного Барнаула, с одноимённым ютуб-каналом, где выкладываются записи миксов.

Рок в Сибири пребывает в статусе «живее всех живых». Само понятие «рок» обширно, поэтому мы рассказываем о многочисленных инициативах в этой области по частям. Начинаем с рок-проектов, скажем так, традиционной направленности.
Большое количество рок-историй в сибирском музыкальном поле звучат и выглядят так, будто для их основателей и организаторов развитие рока как жанра остановилось в середине 90-х. Напрашивается следующее объяснение: основные деятели этого сегмента — люди, которые воспроизводят музыку своей юности.
Речь идёт не об эксклюзивной приверженности звукам и подходам — в составах многодневных фестивалей встречаются коллективы с самым разным звучанием, — но о доминирующей эстетике. Джинсы и косухи, черепа и банданы, программы с участием каскадёров и стриптизёрш, байкерские клубы в организаторах — фестивали и площадки с такой атмосферой найдутся в каждом регионе Сибири. Можно даже отследить пул артистов, которые постоянно вращаются в этой среде. Томские «Следы», красноярские «ОтМорозки», барнаульцы «Борода бабая» из сибиряков; «Йорш», «План Ломоносова» и Артур Беркут из столичных гостей. Любопытно, что с десятилетиями стёрлась граница между традиционным представлением о рок-культуре и наследием сибирского панка, изначально не признававшим традиций. Сегодня и то и другое живёт в похожих (если не в одних и тех же) барах и подвалах.
Рокерские опен-эйры
Традиционалистские рок-фесты — не очень стабильная форма: они меняют локации и названия, прерываются и продолжаются через десятилетие. В каждом сибирском регионе есть такие: «Наш фестиваль» на турбазе «Подсолнухи» в Омской области, выездной фестиваль рок-бара «Варяг» и мотоклуба Piligrim 70 «В одной лодке» в Томской, байкерские «ПрямоТок» и «От заката до рассвета» в Новосибирской и Кемеровской областях.

В Алтайском крае таких фестивалей сразу три. «Рок лес», фестиваль Барнаульского рок-клуба, проходит с 2021 года под Барнаулом. Лайнап в формате «от рок-н-ролла до треш-метала» формируется из заявок на участие. «Яшма фест» — проходит на озере Колыванском. Этот фестиваль делает рок-сообщество города Рубцовска. «Жаркофест», «семейный фестиваль музыки и спорта», проходит недалеко от Бийска. В программе — соревнования внедорожников, конное шоу и выступления реконструкторов.
Сразу три фестиваля проводятся в Хакасии, небольшой национальной республике на юге Сибири с населением в полмиллиона человек. Двухдневная «Красная жара» проходит в посёлке Усть-Абакан (17 км от столицы республики Абакана); в первый день выступают молодые локальные коллективы, во второй — более опытные рокеры со всей Сибири.
«Живой Сарагаш», проходящий уже больше 10 лет на берегу Красноярского моря — туристическая DIY-версия рок-фестиваля. Для музыкантов ставят сцену с оборудованием, но в остальном электричества нет, все живут в палатках. Основа музыкальной программы — красноярский, хакасский и сибирский рок и фолк.

Ещё одно туристическое предложение в Хакасии — байк-пати «На трёх озёрах». Три озера — это Белё, Шира и Итколь, расположенные недалеко друг от друга, традиционные места летнего отдыха не только для Хакасии, но и для всего Красноярского края. Занимательный факт: Шира солёное, Итколь пресное, а Белё — и солёное, и пресное сразу. «На трёх озерах» по факту проходит только на одном из них (Белё). Дух мероприятия таков: живые концерты локальных рокеров, стрип-шоу и фаер-шоу, много пенных напитков, ночью дискотека.


Ретроспективные проекты и сообщества
Причины, по которым в Сибири до сих пор сильна фетишизация рока образца 80-х и 90-х, довольно понятны. Для рок-сцены региона это было время прорыва, становления и формирования. Появлялись первые рок-клубы, проходили первые рок-фестивали. Молодые сибиряки с удивлением обнаруживали в своих городах, где, как считалось, ничего интересного не происходит, целые творческие движения. Неудивительно, что этот период сибирской рок-истории продолжает вдохновлять не только на создание нового творчества, но и на документирование старого.
Один из самых эпических архивных проектов сибирского рока — «Иркутский рок-портал», онлайн-архив приангарского и забайкальского рока, запущенный почти 20 лет назад. Сейчас на сайте насчитывается более 15 тысяч треков и 1500 альбомов, хронология которых восходит ещё к 1970-м. Имеется архив видеозаписей и архив публикаций, а также разделы «Радио» и «ТВ», в которых аудио и видео из архивов воспроизводятся случайным образом.
Интересный архивный проект, сложившийся практически случайно, действует и в Омске — «ЖиРок-98». Так назывался рок-фест 1998 года — паблик изначально был заведён для сбора материалов с этого фестиваля для будущей документалки о нём. Постепенно к его создателю начали стекаться материалы той же эпохи, не привязанные к самому событию, — и так «ЖиРок-98» превратился в общий архив омской рок-сцены 1990-х годов. Здесь публикуются видео и фото выступлений, афиши мероприятий, записи песен, оцифровки материалов о рок-культуре в газетах и журналах и другие артефакты того времени.

Если омичи над документалкой ещё работают, то команда иркутского проекта «Восточно-сибирский панк и андеграунд» свой фильм уже сделала. Называется «Реальность не нужна» — это масштабное документальное полотно, изучающее наследие иркутского панка через личные истории его деятелей. Фильм вышел в 2025 году и доступен для просмотра онлайн. Также команда продолжает документировать панк-наследие Иркутска и Иркутской области — ищет и выкладывает сохранившиеся записи в паблике, организовывает концерты.
В Новосибирске в подобном ключе работает проект «Машбюро», сообщество любителей сибирского панка и его последователей. Участники устраивают концерты, проводят встречи с деятелями сибирского андеграунда, выкладывают архивные записи концертов на ютуб-канале «Шишка с перцем». Осенью 2026-го команда «Машбюро» открыла Музей сибирского рок-н-ролла. Там собирают и хранят всё сразу: афиши концертов и билеты на них, архивные фото и черновики музыкантов. Живые выступления тоже планируются.

По предыдущему разделу можно подумать, что сибирский рок остановился в развитии много лет назад. Но в Сибири хватает историй, демонстрирующих, что это не так. Играют практически всё: панк и постпанк, метал и постметал, нойз-рок и альтернативу, хардкор, постхардкор и другую музыку со словом «кор» в названии.
Это бодрые и живые сцены, поддерживаемые энтузиастами. Большинство из них существует на андеграундном уровне. Здесь тоже есть двухдневные летние фестивали, но делаются они скорее по-партизански: не арендовать турбазу у речки и поставить полноценную сцену, но выехать в лес с аппаратом и палатками, потому что на такие фестивали собираются не тысячи, а сотни гостей. Музыкально, впрочем, это один из самых ярких сегментов музыкальной жизни Сибири.
Мультижанровые мероприятия и проекты
Аудитории, как мы уже отметили, в этом сегменте не очень много, поэтому на одной и той же сцене могут без проблем встречаться хардкорщики и дэт-металисты, эмо и нойз-рокеры. Яркий пример — иркутский панк-гараж «Глотка». Это DIY-площадка в настоящем гараже. За более чем десять лет она трижды сменила команду организаторов, но на бодрый и свободолюбивый дух места это не повлияло.

Есть у сцены и свой летний выездной фестиваль, он называется «Сибирское подполье» и проходит в лесу под Иркутском (в 2026 году был выпуск номер 5). Красноярский ответ «Сибирскому подполью» — фестиваль «Танцы на селе», который делается силами сообщества: плата за билеты работает как организационный взнос, всё держится на саморегуляции и взаимовыручке. Играют все подряд: панки и хардкорщики, нойз-рокеры и металисты из разных городов. В принципе, лайнапы «Танцев на селе» и «Сибирского подполья» ― хороший срез положения дел и интересных имён в сибирском альтернативном сообществе.
Пожалуй, самый яркий сибирский проект на стыке жанров ― это «Атас!», творческое объединение музыкантов и организаторов в Омске. Они ставят цель сделать омский андеграунд а) объединённым на одной сцене и б) регулярно там встречающимся.
Сегодня «Атас!», осевший на собственной площадке «Андер Бар», — это от трёх до пяти мероприятий каждую неделю, где переиграли, по словам участников объединения, «практически все» действующие группы и диджеи Омска. Основной формат «вечером концерт, ночью танцы» постоянно дополняется. Например, по четвергам проходит философский киноклуб, случаются однодневные выставки омских современных художников. Может пройти вечеринка в формате «плати сколько хочешь», приуроченная к тому, что диджей завёл котёнка. В общем, здесь царит дух омского андеграунда, взбалмошный и непредсказуемый.

Фестивали: Инди и постхардкор
Молодой и бойкий лейбл «Вопль» из Новосибирска специализируется на громкой гитарной музыке эмо-хардкорной направленности. Он выпускает релизы и проводит концерты, в том числе прямо на улице ― на парковках, в скейт-парке. У лейбла есть и свой летний опен-эйр «Вопль фест». В 2026-м в двухдневную программу в городском парке вошло пятнадцать групп, как локальных (Kasper и «Молочный поросёнок» из Новосибирска, Embers из Бердска, Aufschwung и Evergreen Барнаула), так и приезжих (отметились самарцы Wlvs, москвичи «Поля» и питерцы «Побег»).
Красноярская «Эмпатия» — это и фестиваль сибирского инди, и команда, организующая концерты. В 2025 году участники объединились с музейным центром «Площадь Мира», крупнейшей площадкой современного искусства в Сибири, и провели вместе большой городской фестиваль «Площадь Эмпатии». На трёх сценах (живой, электронной и акустической) играли и сибирские исполнители, и приглашённые хедлайнеры («Где фантом?», Thomas Mraz).
В Омске с инди-сегментом работает «Стереоклуб», видеопроект о локальной музыке на базе телеканала «Продвижение». «Стереоклуб» стартовал в 2019-м в виде абсурдистского телешоу в пародийно-советском ключе, с музыкантами в качестве гостей; получалось что-то среднее между программой «Крутятся диски», шоу «Внутри Лапенко» и «Воздушным цирком Монти Пайтона». Сегодня проект работает в формате «Студийный лайв + интервью» для омских и заезжающих на гастроли групп. Летом команда организует омским артистам уличные выступления, а в 2025 году застраивала локальную сцену на городском фестивале Skuratov Fest.
Фестивали: Метал и прочее тяжёлое
Тяжёлая сцена в Сибири тоже живёт бодрой жизнью, но определяющего фестиваля у неё нет. На эту роль могла бы претендовать «Волчья яма», двухдневный фестиваль новосибирской команды Morok Booking. Фестиваль состоялся два раза, но летом 2026-го «Ямы» уже не было, поскольку сделать её окупаемой так и не вышло. Концерты от Morok Booking, впрочем, продолжаются. Блэк, дэт, постметал, хардкор, постхардкор ― все самые активные сибирские группы этих и смежных жанров рано или поздно оказываются на концерте, фестивале или туре с логотипом проекта.

В Новокузнецке концерты локальным и приезжим представителям тяжёлого андеграунда делает объединение «Кузнецкий молот» ― у него есть свой звук, площадка и одноимённый фестиваль. А в Томске тяжёлой музыкой занимается молодое, только в 2025 году стартовавшее объединение Ummagumma.
Лейблы, инициативы, радио
Иркутский DIY-лейбл Makima Records работает с музыкой околопанковской и экстремальной направленности (хардкор, краст, дэт). Его формат ― кассеты тиражом 50 экземпляров, в архиве — более 70 релизов как российских, так и зарубежных групп.
Музыкант из Омска Дмитрий «Крамб» Лапутин, основатель проекта Crumbwaves, настаивает, что называть его инициативу лейблом не стоит. Метод Лапутина, занимающегося индустриально-шумовым (пост)роком — собрать в студии произвольно сложившийся состав музыкантов и записать с ними импровизационную сессию. На странице Crumbwaves во «ВКонтакте» и в Bandcamp на момент осени 2026 года опубликовано более 30 релизов, которые составили бы показательный срез сибирского андеграунда последних пятнадцати лет.
Нельзя не отметить «Сибирскую станцию» — онлайн-радиостанцию со штаб-квартирой в Новокузнецке, на волнах которой играет только сибирская музыка. Эфир склоняется в андеграундно-тяжёлую сторону — звучит метал, панк и разнообразная альтернатива, или, как сказано в описании, неформальная музыка.

В Сибири проживают представители около 30 народностей, где-то треть из них — коренные. Этно-музыка — среда развивающаяся и растущая: всё больше молодых артистов разворачиваются в эту сторону.
В составе округа — три республики: Хакасия, Алтай и Тыва. Большой процент сибирских инициатив в области этнической музыки связан с ними, но и здесь всё довольно неравномерно.
Тувинская музыка ещё в 90-е годы стала всемирно известным феноменом — тогда взлёт международного интереса к тувинскому горловому пению был столь стремительным, что власти республики даже консультировались с ЮНЕСКО, могут ли они получить исключительное право лицензировать всё горловое пение в мире (ответом было вежливое «Нет»). Многие тувинские группы до сих пор пребывают в статусе всемирно признанных этно-звёзд (Huun-Huur-Tu, Alash) и гастролируют по России и за рубежом.
В Алтае с артистами с мировыми именами похуже, но всё же традиционная музыка — самая заметная часть современной музыкальной культуры республики (например, Добрыня Сатин или группы «Бай терек» и «Эре-чуй»). Хакасии в этом плане повезло меньше. Сама по себе музыкальная культура хакасов ничуть не менее интересна, чем у соседей, но вот её амбассадоров, известных за пределами республики, пока не видно.
Фестивали большие и малые
Самое крупное этно-событие Сибири — фестиваль «Мир Сибири». Уже более 20 лет он проходит в посёлке Шушенское на юге Красноярского края. Программа традиционно состоит из двух частей: конкурсных выступлений этно-коллективов со всей страны (председатель жюри ― фольклорист и музыкант Сергей Старостин) и концертов хедлайнеров. В числе последних ― Инна Желанная, Пелагея, Zdob si Zdub, Mgzavrebi и Zventa Sventana. Фестиваль с бесплатным входом проходит в первые выходные июля и собирает десятки тысяч зрителей.
Фестиваль «малой авиации и воздухоплавания» «Небо Алтая» проходит (тоже бесплатно) в Алтайском крае, в Уймонской долине. В музыкальной части программы — в основном этно-артисты. В 2026-м в пятидневной программе участвовали 20 артистов со всей Сибири и не только, тувинцы Huun-Huur-Tu — в хедлайнерах.
«ВотЭтно» — кочевой этно-фестиваль с историей. Он стартовал в 2010-м в Республике Алтай, проходил в Новосибирске и на горнолыжном курорте Шерегеш в Кемеровской области, а в последние годы осел в Алтайском крае. За эти годы «ВотЭтно» вырос в многодневное мероприятие на 20 участников. А в 2026-м команда фестиваля запустила отдельный проект «Этномост России: звучащие территории» — конкурс для этно-исполнителей из регионов с открытым приёмом заявок, кастингами в Уфе, Новосибирске и Москве и итоговым гала-концертом весной 2027-го.
«Устуу-Хурээ» — одна из самых ярких фестивальных историй Сибири. Название переводится как «верхний храм» — так назывался дацан, разрушенный в городе Чадане (Тыва, население — 9721 человек) в 1937 году. Фестиваль «живой музыки и веры» запустился здесь в 1999 году для сбора средств на восстановление монастыря. В 2012-м храм восстановили (правда, осенью 2026-го он сгорел), но фестиваль на этом не закрылся.
В первые годы «Устуу-хурээ» был смотром-конкурсом тувинских музыкантов, но уже к 2002-му приобрёл международный статус. При этом фестиваль всегда отличался предельно демократичным и даже эклектичным подходом к формированию программы. На одной сцене с тувинскими этно-звёздами играли локальные школьные рок-коллективы, столичные рэп-авангардисты и приглашённые гости в диапазоне от Игоря Бутмана и Сергея Летова до американского блюзмена Алвина Джонсона и джазовой группы Sun Ra Arkestra.

Фестивали отдельных народов
«Хоомей» — тувинское слово, обозначающее и горловое пение в общем, и один из его стилей (тувинцы выделяют пять таких стилей). Международный фестиваль горлового пения «Хоомей в центре Азии» запустили в Тыве в 2015-м и с тех пор проводят раз в несколько лет. В столицу республики Кызыл съезжаются горловики со всего мира — в первый раз приехало около 200 участников из 10 стран. Последний выпуск прошёл в 2024-м, следующий запланирован на 2028-й.
Тувинский опен-эйр «Алаш-фест» был учреждён группой «Алаш». Проходит он на территории мараловодческого хозяйства «Туран», в 100 км от Кызыла. В программе — микс локальных коллективов, домашних хедлайнеров вроде ансамбля «Тыва» и гостей сходной творческой ориентации из соседних республик (Алтай, Бурятия) и стран (Китай, Монголия).
«Кай Ээзи (Ночь сказителей)» — этно-фестиваль в Кемеровской области; проходит у горы Мрас-су, рядом с городом Мыски. Кай — традиционное искусство шорцев, коренного народа этих мест. Эпические песни-сказания звучат под аккомпанемент двухструнного инструмента кай-комус. Тех, кто на нём играет, называют кайчи — они в первую очередь и демонстрируют своё искусство на фестивале. В качестве гостей приезжают фолк-артисты соседних Алтая и Хакасии.
На сайте проекта «Мастера Сибири» — большое интервью с этно-музыкантом Добрыней Сатиным из Республики Алтай, выступающим как сольно, так и в составе разных коллективов (Todosh, «Новая Азия»). Артист интересен тем, что в нём можно увидеть особенности творческого подхода, свойственного многим этно-артистам сегодня. Это, с одной стороны, бережное сохранение традиций, а с другой — смелость создавать полистилический фьюжен на их основе.

История развития джаза в Сибири — сюжет, требующий отдельного разговора. Новосибирск, например, вполне мог бы считаться третьей джазовой столицей России: тут примерно полвека, с 1960-х по 2010-е, жила и развивалась интересная и самобытная джазовая сцена.
Новокузнецкий «Геликон» — один из старейших действующих джаз-клубов России: в 2024 году он отметил 40-летие. В Абакане сильны традиции пересечения джаза и фольклора коренных народов: первый фестиваль «Джаз и фольклор» прошёл ещё в 1989 году, а в 2024-м это пересечение было центральной темой лаборатории на фестивале «Джаз в Хакасии».
В основном же джазовые проекты в сегодняшней Сибири относятся к одной из двух категорий. С одной стороны, есть филармонические фестивали с участием приглашённых звёзд, позиционирующие джаз как статусное развлечение. С другой — DIY’ные, панковские по духу инициативы настоящих подвижников джаза, поддерживающих жизнь в локальных джазовых сообществах на собственном энтузиазме (и на собственные средства).
Большие фестивали
«Джаз на Байкале» — масштабный (вероятно, самый масштабный в Сибири) джазовый фестиваль с 20-летней историей. В программу, объединяющую несколько площадок Иркутска, обычно вмещаются и конкурс молодых исполнителей, и смотр локальных джазовых артистов, и статусные хедлайнеры вроде Billy’s Band и Игоря Бутмана.

Та же команда делает «Ангару-джаз», фестиваль для продвижения молодых джазовых артистов. Первые два раза он прошёл в музейном комплексе «Тальцы» на берегу Ангары, а в третий пришлось перебраться в Иркутск из-за сложностей с бензином лета-2026. Команда также запустила в Иркутске собственную площадку «Дом джазового энтузиаста». Четверги там зарезервированы для молодых локальных музыкантов.
«Джаз у старой крепости» — проект джаз-клуба «Геликон» в Новокузнецке, фестиваль с богатой историей. Он стартовал ещё в 1991 году, а в 2024-м перезапустился в качестве «международного образовательного фестиваля-форума». Теперь гости приезжают не только выступить с концертами, но и провести мастер-классы для молодых музыкантов «Кузнецкой академии джаза» (действует на базе того же «Геликона»). В прошлом году, к примеру, занятия вели Варвара Убель (группа Ubel) и Евгений Побожий.

Подвижники и энтузиасты
Хотя «Дом джазового энтузиаста» в Иркутске уже есть, такое звание вполне подошло бы иркутскому Amato Jazz Club. Это частный джаз-клуб Оганеса Петросяна, местного влюблённого в джаз бизнесмена. Здесь играют и иркутские резиденты, и молодые музыканты из других регионов Сибири, и приезжие артисты калибра Евгения Лебедева и Игната Кравцова.
Томский джаз-клуб «Андеграунд» — тоже история самоотверженности конкретного человека, Олега Усенко. За двадцать с лишним лет «Андеграунд» закрывался минимум четыре раза, но каждый раз снова оживал на новой площадке. Стараниями клуба в городе проходят и регулярные концерты резидентов и гастролёров, и уличные джазовые фестивали.

У красноярского проекта «Кипрейджаз», джазового концертного агентства одного человека, Бориса Бородушкина, своей постоянной площадки нет. Концерты современного джаза проходят в местах в диапазоне от баров до залов филармонии и Института искусств. В этом году на платформе «Пушка+», новой сцене Театра им. Пушкина, запустилась совместная с «Кипрейджаз» резиденция «Дай пять», серия концертов, на которых приезжие солисты играют с локальными составами.
Один из основателей арт-клуба «Хамелеон» в Прокопьевске Кемеровской области — Родион Литвинов, музыкант и преподаватель новокузнецкого «Геликона» (от Прокопы до Кузни, как называют эти города местные, — 40 минут на автобусе). Так что джаз здесь в исполнении как локальных и новокузнецких, так и приезжих сибирских музыкантов играется регулярно (что довольно удивительно для площадки в городе с населением 170 тысяч человек).
Узнать об эпической истории развития джаза в Сибири можно из совместного проекта сразу трёх медиа: «Афиши Daily», журнала о сибирской культуре «Мастера Сибири» и платформы Jazzist.

Бардовская песня — пусть и не самый актуальный, но всё ещё востребованный жанр. Проекты, делающие ставку на такую форму, в Сибири тоже есть, причём многие из них существуют долгие годы. Ограниченная, но вовлечённая аудитория часто очень лояльна, да и затрат такие фестивали обычно требуют небольших.
Главный сибирский долгожитель этой категории — фестиваль «Повалиха» в Алтайском крае — в 2026-м прошёл аж в 46-й раз. Собираться на берегу речки Казачки в селе Повалиха барнаульские любители авторской песни начали ещё в конце 1970-х, а в официально существующий фестиваль эти встречи оформились к 1980-му.
За годы у «Повалихи» сложились свои традиции: у каждого фестиваля есть общая тема, приветствуются соответствующие костюмы. Есть и набор концертных форматов со своими названиями: так, начинается всё с «нодьи», общего концерта вокруг большого костра, потом следуют «малосолы», серия сольных выступлений участников. В последние годы фестиваль проходит у другого села на другой речке, но от привычного названия организаторы решили не отказываться.

Ещё один фестиваль-ветеран — «АкБард»: через пару лет ему исполнится 30. Название расшифровывается как «Академ-Бард», а придумал и проводит фестиваль клуб самодеятельной песни, базирующийся в Новосибирском Академгородке. Фестиваль обычно проходит на природе: 20 лет участники собирались на берегу Обского моря, потом переехали к Малиновскому озеру. У каждого фестиваля тоже есть тема, которая диктует выбор песен для участников, и секретный известный гость. В 2026-м, например, пели песни из спектакля «День радио» (темы не всегда предполагают неоригинальную музыку), а гостем был Алексей Кортнев.
Фестиваль авторской песни «Томский перекрёсток» помладше: он стартовал в 2003-м и проходит в Томске на Семейкином острове, на левом берегу реки Томь. Начиналось всё как чистая самоорганизация, с самодельной сценой и стихийным палаточным лагерем, но с тех пор обросло постоянной инфраструктурой из нескольких стационарных сцен, мероприятия на которых проходят и за пределами фестивального периода. А с 2007-го «Томский перекрёсток» — не только фестиваль, но и муниципальный Дворец культуры, учреждённый для развития авторской песни.

Тихие акустические форматы хорошо приживаются на Байкале — например, там дважды в год, летом и зимой, устраивают арт-фестиваль Baikal Live. Он начинался в 2010-м как бардовский фестиваль, потом расширил жанровые рамки, но сохранил приверженность акустическим, нетяжёлым жанрам. Программа обычно довольно обширная: три дня, три сцены, более 20 артистов-участников, среди которых бывали и именитые гости — Ольга Арефьева и Михаил Башаков, Сергей Калугин («Оргия праведников») и Константин Арбенин («Зимовье зверей»). Фестиваль «Вместе на холме», тоже проходящий на Байкале, скромнее масштабами: это камерный фестиваль в формате открытого микрофона, со свободным входом.
Для любителей бардовской песни существует онлайн-радио «Бард-Радио-Сибирь» и одноимённое сообщество, где публикуются не только анонсы тематических мероприятий, но и подробные отчёты с них.

Связь музыки с другими видами искусств в Сибири традиционно сильна. У художников на местах быстрее музыкантов получилось заинтересовать своим творчеством локальные культурные институции. Начиная с конца 90-х многие междисциплинарные культурные проекты — выставки, биеннале, смешанные фестивали искусств — часто брали роль локомотивов, тянувших за собой развитие и художественных, и музыкальных сцен.
По-видимому, собрать людей на выставку локальных художников, сопровождаемую выступлением локальных музыкантов, проще, чем на одних только музыкантов. В этом разделе мы объединили сибирские проекты, которые выросли из коллабораций музыкантов с арт-сообществом, галереями, уличными художниками.
Фестиваль «Теория звука» прошёл в Томске в 2026 году во второй раз, но за ним стоит команда, связанная с большой для города историей. В 2012-м стартовал фестиваль «уличного искусства и новой городской культуры» Street Vision: уличные художники осваивали опустевшие городские пространства — заводы, цеха, склады, автобазы. За десять лет фестиваль вырос в большой городской ивент с участием локальных музыкантов и хедлайнеров уровня Ic3peak, Kedr Livanskiy и 3HCompany. Десятый Street Vision стал в 2022-м прощальным, а несколько лет спустя появилась «Теория звука», сделанная плюс-минус той же командой по плюс-минус тем же принципам.
Многих сибирских организаторов вдохновляет опыт нижегородского фестиваля Intervals, сочетающего музыку с аудиовизуальным искусством. В Красноярске это направление исследует фестиваль «РЕ:СКАН», проект Центра развития современного искусства «СКАН» (SCAN — Siberian Contemporary Art Network, сеть сибирского современного искусства), организаторов первой за Уралом ярмарки современного искусства (которая также называется «СКАН»). Фестиваль проходит в здании бывшего советского бассейна и собирает сибирских медиахудожников и электронных музыкантов.

В Кемерове в 2026 году дебютировал схожий проект «Пелена». Это более масштабный ивент: тринадцать локаций, проекции на знаковые городские здания и объекты, аудиовизуальные перформансы и хореографические шоу, рейв в ангаре до утра. За три дня «Пелена» собрала почти 200 тысяч зрителей.
Никак не обойти стороной «Музейную ночь», многолетний проект музейного центра «Площадь Мира» в Красноярске. Его запустили ещё в 2002-м, задолго до того, как это стало музейным мейнстримом. Мероприятие стабильно проходит дважды в год, весной и осенью, собирает тысячи красноярцев и обязательно включает музыкальную программу, обычно склоняющуюся в сторону современных и экспериментальных музыкальных форм. На Музейной ночи выступали Mujuice и Хаски, «Пёс и группа» и «Самое большое простое число». А ещё тут проходила «Ночь русской электроники» и выступали разные сибирские коллективы.

Часто межжанровый подход исповедуют городские мероприятия, где музыка — не основное, но одно из нескольких направлений. Так происходит на Skuratov Fest, городском фестивале, запущенном сетью кофеен Skuratov Coffee в родном Омске. Изначально фестиваль был посвящён кофейной культуре, но постепенно разросся до полноценного городского пикника на два дня, со множеством площадок и музыкальной сценой для локальных исполнителей, объединённых не столько жанровой принадлежностью, сколько омской пропиской.
Городской «ОйноФест», который проходит на главной площади Горно-Алтайска, собирает локальных артистов со всей Сибири. У фестиваля свободный вход, девиз «Культурная непровинция» и три сцены — главная, альтернативная и диджейская. Локальных артистов также поддерживают хедлайнеры калибра Artemiev, Polnalyubvi или The Hatters.

При всех разговорах о доминировании хип-хопа в музыкальной культуре России и о том, как он стал самым демократичным жанром, назвать заметные сибирские хип-хоп-сцены сейчас не получится. Отдельные проекты, лейблы или сообщества есть в разных городах, иногда даже и с неплохой аудиторией. Но комплексной истории — чтобы были и музыканты, и свои площадки, и свои фестивали, и регулярные мероприятия — почему-то не складывается.
Активно развивается хип-хоп в Иркутске — например, в начале 2026 года хорошо заявило о себе объединение Ozerniki, участники которого выпустили совместный клип с Feduk. В составе команды — не только рэп-артисты (их трое, Тейстлув, Parfumeur и Sleepyforever), но и художники, журналисты, дизайнеры одежды и интерьеров. У сообщества есть своя марка одежды, а также амбициозная цель «поделиться голосами и идеями, определяющими новую Сибирь» и сделать это через искусство во всех его проявлениях.
Также здесь действует проект «Иркутская рэп-кухня», «независимое региональное СМИ о хип-хопе», которое публикует треки локальных артистов, анонсы выступлений, локальные мемы. Команда делает онлайн-шоу IRK Live, куда иркутские рэп-исполнители приходят и зачитать что-нибудь, и поговорить о жизни (вышло 70 выпусков).

Ещё есть Citron Music, небольшой, но любопытный хип-хоп-лейбл, сложившийся вокруг исполнителя Bitter Lemon. На лейбле всего семь артистов, но все довольно разные — есть и трэп, и экспериментальный эмбиент-рэп, и инди-рок. Коллектив скромный, музыка выходит не очень часто (за 2026 год выпустили три сингла и два альбома), но заслуживает внимания.
В Таре (это Омская область) функционирует сообщество Sugrob Gang. Оно сложилось вокруг самоорганизованной художественной галереи «Сугроб», которую 10 лет назад открыл небольшой коллектив художников. В Sugrob Gang с художниками объединились локальные рэп-артисты, также входящие в чисто музыкальный союз «Пираты подземного саунда». В составе — Трувонт, Cryogene, Аккума, МС Неивестный и другие герои тарского рэп-андеграунда.

В Новосибирске действует группа NTL, ветераны рэпа с 20-летним стажем. Также есть батл-сообщество Siberian Groove. В Томске развивается промо-группа артиста NDS Flava: даёт концерты и привозит рэп-артистов из других городов. В Красноярске регулярные вечеринки с локальными артистами делает проект Crash Test, а андеграунд-сообщество «Хип-хоп самопал» отметило в сентябре 2026-го год своей деятельности сборным фестивалем, лайнап которого формируется заявками на участие. Но всё это, за редкими исключениями, — скромные, камерные инициативы, космически далёкие по масштабам от стадионных столичных выступлений рэп-хедлайнеров. Даже своего рэп-фестиваля, собирающего под тысячу человек, не найти.
Возможно, это связано с тем, что у хип-хоп-артистов, часто не обременённых музыкантами или инструментами, междугородняя мобильность выше, чем в других жанрах. Можно вспомнить известных уроженцев Сибири среди отечественных хип-хоп артистов: Feduk и Slava Marlow из Новосибирска, Obladaet из Иркутска, «25/17» и Drummatix из Омска, Icegergert и Саша Скул из Братска, Хаски и Bollywood FM из Бурятии.
Ещё один жанр, которого пока не хватает, — это локальный сибирский поп. Поп-артисты всероссийского калибра катаются по Сибири регулярно и собирают тысячные залы всевозможных спорткомплексов. В опен-эйрах, привозящих поп-артистов, недостатка тоже нет. B Иркутске есть «Музыка моего города», фестиваль радиостанции mCm (My city’s music). На фестиваль Altai Palace Fest, проходящий с 2017-го в игорной зоне «Сибирская монета» в Алтайском крае, приезжали Dabro и Demo, «Кар-мэн» и «Иванушки International».

Самый, пожалуй, масштабный пример ориентации на приезжих поп-звёзд — омский проект «Лето „Вокруг света“». Это даже не фестиваль, а серия бесплатных опен-эйров. Всё лето раз в две-три недели в городском парке «Вокруг света» на Зелёном острове выступает актуальный хедлайнер: Бьянка или Мари Краймбрери, Тима Белорусских или Hollyflame, Iowa или Нилетто.
Показательно, что сибирские артисты в таких фестивалях не участвуют, даже на разогреве у гостей. Не то чтобы локальной поп-музыки в Сибитри не существовало вовсе — она есть. Да и всё больше молодых сибирских артистов пробуют себя в этом жанре. Просто эта музыка остаётся невидимой для организаторов мероприятий, рассчитанных на широкую аудиторию.
В Новосибирске местную поп-музыку пыталась развивать в начале 2020-х Контент-студия «Квартира», которая запускала целые серии проектов для музыкантов, ориентированные на прокачку навыков написания хитовых песен и их продвижения (шоу «Хитзавод», два сезона проекта «Муз F.A.Q.» с деятелями музыкальной индустрии). Правда, в итоге собственный «Снизу-фест» студии, бесплатный двухдневный концерт в Центральном парке, по лайнапу и звучанию участников склонялся в сторону мелодичного инди.
А вот артисты красноярского лейбла ATAS Media Group вдохновляются всеми самыми востребованными тенденциями отечественной поп-музыки: это томный кальян-поп с южным флёром, задушевный пацанский рэп про жизнь, девушки с песнями «Пьяная без вина». В целом план работает: у артистки лейбла Mirolyubova ― 3,5 миллиона слушателей в месяц на «Яндекс Музыке», у артистов Andrey Toronto и Vudoo ― где-то по 2 миллиона. Наблюдатели на местах констатируют, что услышать в Красноярске что-то из творчества артистов лейбла из проезжающей машины ― перспектива вполне реальная.



