ИМИ.Сцена
Самара 2020
Подробности
Ana Baston. Фото: BASTON VK

Профессия: сонграйтер

в рубрике «Профессия» ИМИ.Журнал разговаривает с профессионалами из мира музыки об их ремесле. Новая героиня — сонграйтер Ана Бастон (Ana Baston), автор хитов «Про белые розы» Димы Билана, «Неземная» Макса Барских, «Пятница» Ольги Бузовой, «Сердцеедка» Егора Крида, «Ни слова о нем» Анны Седоковой и многих других. Мы поговорили с Аной о том, как стать профессиональным сонграйтером, сколько стоит шлягер и о рецепте хита.

Беседовала: Кристина Сарханянц

Справка ИМИ

Сонграйтер (от англ. songwriter — «автор песен») — одна из старейших и самых уважаемых профессий в музыкальной индустрии. Автор отвечает за гармонию, мелодию, слова песни, аранжировку — словом, за композицию целиком. Сонграйтером может выступать как сам исполнитель, так и отдельный человек, который пишет песни, но не исполняет их на сцене.

Карьеры авторов мультиплатиновых хитов, таких как Росс Голан, Сиа или LP, показывают, как важен труд сонграйтера и насколько он ценится в музыкальном бизнесе. По сути, именно сонграйтер обеспечивает поп-звездам высокие позиции в чартах и на стримингах, продажи и не только.

Успешный автор может продать артисту песню за несколько десятков тысяч долларов, а впоследствии еще и получать отчисления с хита. При этом за месяц профессионал может написать несколько потенциальных шлягеров.

Какие люди приходят в профессию сонграйтера

«В профессию сонграйтера обычно приходят люди, с одной стороны, с музыкальными задатками, а с другой — с литературным, образным мышлением. По крайней мере, в моем случае все сложилось именно так: по литературе у меня всегда были одни пятерки, а вдобавок к этому в 12 лет родители отдали меня в музыкальную школу на гитару. И примерно через месяц я начала самостоятельно подбирать на инструменте аккорды (то есть у меня проявился гармонический слух), а еще через пару недель — сочинять что-то свое.

Долгое время я писала для себя, но в какой-то момент поняла, что просто не могу не делать этого: то мне было грустно, больно, то, наоборот, в жизни случался эмоциональный взрыв и хотелось куда-то выплеснуть энергию. Практически любое событие в жизни вызывало желание написать песню. Тогда я задумалась, что могу сочинять и не только для себя, а быть полезной другим музыкантам и исполнителям. Со временем хобби стало профессией».

Существует ли типичный путь сонграйтера

«У каждого путь свой, и единой схемы, чтобы стать сонграйтером, не существует. Тем не менее есть определенные этапы, которые проходит каждый в этой профессии.

Первый — это обучение первичным навыкам, техническим моментам, постепенный переход от простых мелодий и гармоний к более сложным, аранжировки и так далее. Например, я сначала писала песни на гитаре, подбирая аккорды. Потом у меня появился синтезатор, и я стала писать что-то более сложное с точки зрения мелодии. После этого я выучила музыкальную аранжировку и начала делать аранжировки в Fruity Loops, потом в Cubase, потом в Pro Tools, потом в Logic. В какой-то момент технологии стали позволять записывать голос и создавать трек на компьютере целиком, сразу: с саунд-дизайном, со всеми бэками и так далее. В общем, полная свобода. Это был прорыв.

Последний этап для меня наступил, когда я начала придумывать треки на аранжировки, то есть сразу писать верхние партии, вокал. До этого у меня был год или два ступора, когда я садилась писать одну песню, цеплялась за классный звук, и он уводил меня во что-то еще. В итоге не получалось ни то, ни другое.

Наконец, отдельным этапом для меня лично стало решение завершить все песни. В определенный момент у меня скопилось много начатого материала: сырых демок, обрывков, идей. Первое, что я сделала, когда решила стать профессионалом, — выбрала самые перспективные из них и дописала эти песни до конца.

Хотя я достигла некоторых успехов и определенного уровня, я продолжаю учиться, анализировать старые и новые песни, развиваться, погружаться в новые стили, разбираться в том, как думают исполнители в интересующих меня направлениях, например в рэпе. В профессии сонграйтера просто невозможно остановиться и сказать: «Все, я состоявшийся автор, теперь можно расслабиться». Это постоянный процесс самосовершенствования.

Вторая сторона дела, не менее важная, — это быть самому себе бизнесменом. Нужно понимать, как работает шоу-бизнес, как использовать его механизмы, чтобы построить карьеру. Тут многое, конечно, приходит с опытом».

Дима Билан — «Про белые розы» (Сонграйтер— Ана Бастон)

Что делает сонграйтер и какое место он занимает в системе координат современной популярной музыки и бизнеса

«Без сонграйтеров в принципе не было бы современной популярной музыки. Ведь песня — это главный компонент в жизни артиста. Это то, что может поднять его на вершину, а может отбросить в безвестность. (Смеется.) И сонграйтер создает этот компонент.

Я никогда всерьез не задумывалась над этим вопросом, потому что для меня важна прежде всего сама песня, а не мое положение в шоу-бизнесе. Мне важно создать продукт, который заставит миллионы людей чувствовать ту эмоцию, которую я в него вложила.

Единственное—бывает обидно, когда в титрах или описании клипа на YouTube указан каждый, кто работал над ним, вплоть до помощника третьего осветителя, а сонграйтер — нет. Эту ситуацию нужно менять».

Как устроена работа сонграйтера

«Я бы не назвала ежедневную работу сонграйтера рутиной. При этом в моей профессии нельзя четко обозначить точки, где работа начинается и заканчивается: я постоянно нахожусь в поиске новых решений, идей для песен. Я могу смотреть развлекательную передачу и подметить необычную фразу, которую потом положу на музыку—и получится отличный хук. Или слушаю психологический тренинг и понимаю, что обсуждаемая в нем тема важна для миллионов женщин и найдет у них отклик, — я могу затронуть ее в песне. Наконец, я могу просто невольно подслушать на улице или в кафе чей-то разговор, обрывок фразы из песни, прочитать комментарий под видео на YouTube — все что угодно может стать материалом для песни.

Работа сонграйтера во многом основана на том, что ты постоянно сфокусирован на деталях. И это бесконечный процесс. Идея может возникнуть даже ночью — на этот случай я всегда держу на прикроватной тумбочке телефон с рабочим диктофоном. В телефоне у меня куча заметок, записей, каких-то обрывков, рифм, напетых мелодий — это огромная база, с которой я постоянно работаю.

Раз в неделю я обязательно сажусь за компьютер с наушниками и микрофоном, чтобы обработать собранную информацию. Что-то превращается в песни сразу, что-то я откладываю, и оно ждет своего часа. Бывает, что в день пишу по пять песен; бывает, что не пишу ничего в продолжение пары недель. На написание трека у меня уходит от двух часов до суток. Если я трачу на песню больше времени, то первоначальный запал, импульс теряется — обычно из такого не получается хита».

Макс Барских — «Неземная» (Сонграйтер — Ана Бастон)

Можно ли выйти на артиста «по расчету»

«В начале своей карьеры сонграйтера я пыталась вычислять артистов, писала песню под, скажем, Лолиту или Лободу и была уверена, что, так как я знаю перипетии их судеб, смогу предложить им то, что нужно. Стоит ли говорить, что у меня не получалось ни-че-го.

Сегодня моя работа построена так: в примерно 20% случаев я пишу трек и знаю, что его может спеть этот, этот или этот артист. И так оно чаще всего и происходит. А в 80% случаев я понимаю, что эта песня понравится таким и таким девушкам или женщинам и, соответственно, эта целевая аудитория есть у этого или этого артиста. Дальше принимают решение уже менеджеры артистов.

Секрет как раз в том, чтобы ориентироваться на аудиторию, а не на конкретного артиста. А писать песню „под кого-то“ — гиблое дело».

Сколько стоит хит

«Цены колеблются в диапазоне от „бесплатно“ и „можно я вам подарю трек, только бы вы спели песню и указали, что ее написал(а) я“ до десятков тысяч долларов. Но если говорить конкретно про меня, то за такие деньги я пока никому ничего не продавала, но не жалуюсь.

Я зарабатываю столько, что уверенно себя чувствую и могу себе ни в чем не отказывать. Прекрасно питаюсь и одеваюсь, живу где хочу, езжу на машине, которая мне нравится, могу раз в пару месяцев уехать в путешествие и так далее. Но я нетипичный сонграйтер: большую часть своего дохода я вкладываю в развитие сольного проекта: песни, SMM, съемки клипов, продакшен и проч.».

Существует ли рецепт хита

«В какой-то момент я задалась целью вывести этот самый пресловутый рецепт. Взяла 50 песен из чарта Billboard и начала анализировать их по самым разным критериям: от формы до мелодии, хуков, гармонии, повторов и так далее. Я пыталась найти в этих треках сходство.

Единую формулу я не нашла, но определенные закономерности, хитрости, без которых не обходится ни один хит, есть — это я могу сказать точно. Но не скажу какие! Ладно, немного приоткрою занавес для других сонграйтеров: в современных хитах в припеве много повторов одной фразы или слова, а мелодия в куплете и припеве отличается по диапазону: в припеве она часто гораздо выше, чем в куплете. Очень хорошо работают бриджи. Чем разнообразнее песня по структуре, тем лучше, но разнообразие все равно должно быть циклично. Обязательны хуки и какая-то часть с заразной лид-мелодией инструмента или вокализом (бессловесная вокальная партия. — Прим. ИМИ)».

Ольга Бузова — «Пятница» (Сонграйтер — Ана Бастон)

Как устроена работа сонграйтера с точки зрения права

«Если сравнивать ситуацию в отношении авторского права в России и Украине и Америке, то, конечно, лучше всего быть сонграйтером в Штатах. Потому что там существует четкая система авторских отчислений, так называемых роялти, которые сонграйтер получает в том числе после продажи трека. У нас роялти тоже существуют, но в 95% случаев артист покупает песню с исключительными правами. Лично у меня почти не было кейсов, когда мы с артистом договаривались о том, чтобы делить процент с отчислений. Чаще всего это был именно выплачиваемый единовременно фикс.

Что касается упоминаний, то артист все равно не может присвоить песню себе. Даже если я передала ему исключительные права, я остаюсь автором произведения и там, где нужно указывать автора по закону, исполнитель это сделает. Но там, где этого можно не делать — под клипом в YouTube или в инстаграме, то есть в публичном поле, — он этого делать не будет, если не договориться заранее. Поэтому в последний год мы, опять же наученные опытом, просто включаем этот пункт — упоминание в некоторых социальных сетях — в договор. Понятно, что некоторым артистам упоминание невыгодно: например, они по каким-то своим причинам не хотят, чтобы аудитория знала, что песни им пишут другие авторы. Для таких деликатных моментов у нас тоже есть выход: мы просим где-то в описании упомянуть „Special thanks to Ana Baston“».

В чем состоит главная сложность профессии

«Лично для меня, так как я пишу очень много — от 10 до 20 треков в месяц, — главная сложность заключается в том, чтобы не повторяться. Потому что, когда пишешь много, идеи могут застревать в голове.

Еще порой сложно искать вдохновение: иногда я сажусь писать, но на протяжении трех-четырех часов не могу родить даже двух строчек, которые бы меня устраивали. Это бесит. В этом случае лучше сделать перерыв, заняться другими делами, но всегда страшно, что это останется навсегда, что ты исписалась. Понятно, что это ложные страхи, но бороться с ними тяжело».

Как преодолеть писательский ступор

«Иногда нужно просто ненадолго переключиться. А иногда помогает сесть и написать хоть что-то. При этом надо отключить внутреннего критика и начать с одной песни. Пусть это будет что-то проходное, но психологически вы расслабитесь: у вас родилась песня. Вторая пойдет легче, третья — еще легче, и так далее. В какой-то момент родится хит.

Главное — понимать, что не каждый трек будет хитовым, и дать себе возможность творить, разгоняться. Впрочем, у меня бывало и так, что „разгоночные“ треки отлично продавались и становились хитами. Возможно все».

Егор Крид — «Сердцеедка» (Сонграйтер — Ана Бастон)

Как отделить личный материал от того, что идет на продажу

«Важный для меня вопрос, потому что, помимо сонграйтинга, я занимаюсь собственным музыкальным проектом, в котором пою. И, конечно, я пишу много песен, которые не хочу никому отдавать, про которые понимаю, что они мои-мои. Впрочем, дважды случалось так, что я все же отдавала такие песни.

Первый раз это было в самом начале моей карьеры, когда прошло только два или три месяца, как треки стали продаваться, поэтому финансовый вопрос для меня еще стоял остро. Я написала песню, к которой уже придумала клип, нашла людей, с которыми готова была его делать, но будто случайно дала трек своему менеджеру, чтобы он показал материал нескольким артистам. И одному певцу песня понравилась! Причем трек-то женский, его должна была исполнять я, а тут парень. Мне не хотелось отдавать его, и тогда я назначила, на мой взгляд, завышенную цену (в надежде, что артист, конечно, откажется). Но он согласился, и песня ушла. Кстати, трек до сих пор не вышел, и это тот случай, когда я пожалела о продаже. Недавно даже писала этому артисту с предложением выкупить песню обратно: настолько крутой она мне кажется.

Вторая история произошла с Аней Седоковой и песней „Ни слова о нем“. Трек мне тоже очень нравился, я хотела спеть его сама. Наученная горьким опытом, я дала песню менеджерам с условием, что они лишь покажут ее артистам, но не будут называть цену. Я чувствовала, что это будет суперхит, и хотела получить подтверждение: увидеть реакцию исполнителей, будет ли на трек спрос, какой-то ажиотаж.

Анна Седокова — «Ни слова о нем» (Сонграйтер — Ана Бастон)

Сразу три певицы захотели эту песню, но конкретно Аня Седокова просто загорелась, и мой менеджер, вопреки запрету, объявил ей цену. Я тоже уперлась: не продается! Последовали переговоры, в результате которых мы получили за трек деньги вдвое большие, чем по рынку, а еще Аня пригласила меня на главную роль в клипе на песню и я везде упоминаюсь как автор трека. Так что я согласилась. И ни о чем не жалею, потому что спустя некоторое время поняла, что песня все-таки не совсем моя.

Возвращаясь к вопросу, отмечу, что в последнее время нащупала свой стиль: в своих песнях я использую определенный сленг, мелодики и так далее. То есть эти песни уже не могут быть для других артистов».

Проще ли строить собственную карьеру с опытом сонграйтера

«Изначально я как раз хотела стать певицей, собирать стадионы и исполнять перед огромной аудиторией собственные песни. Но жизнь, как видите, внесла свои коррективы. Думаю, что опыт написания треков для других исполнителей мне помог: я могу писать самые разные треки в любых стилях и направлениях.

Успешная карьера сонграйтера не только подарила мне уверенность в себе, но и дала знания, навыки и финансовую независимость, чтобы подняться на следующий уровень и заниматься собственным музыкальным проектом».


Подписывайтесь на ИМИ в социальных сетях:

Facebook | ВКонтакте | Telegram | Instagram

Читайте также