Андрей Куренков и «Наше радио»: «Никому не интересна новая музыка»

На YouTube-канале «Музыка со вкусом. 1968» вышел подкаст с Андреем Куренковым — автором программ «фАнотека» и «Летопись» на «Нашем радио». Мы посмотрели его и делимся с вами самым важным:

• Чем современное радио отличается от радио 90-х.
• Как «Наше радио» заставляло слушателей полюбить хиты.
• Почему в эфире до сих пор звучат песни 20-летней давности, а новых имён почти нет.
• Как правильно отправлять песни редакторам.

Радио в 90-х и радио сегодня: что изменилось

В 90-х радио было вторым средством коммуникации после телевидения, там все хотели работать. Ты мог услышать там музыку, которую ещё не слышал, потому что в то время не было стримингов. Там были бешеные деньги и креативные люди. Сейчас для радио не столь радужные времена, молодёжь не стремится там работать. [Хотя] многие выросли на наших передачах, когда родители везли их в сад или в школу и в машине играло «Наше радио». 

Сейчас всё решают тиктоки, стриминги. Но ещё высока вероятность, что из-за ротации в нашем эфире песню заметит какой-нибудь режиссёр, едущий в машине, и трек залетит в сериал.

Радио сегодня не может бороться на рынке музыки: музыку гораздо проще найти в интернете. А вот [с помощью] контента разговорного жанра, интересных личностей ты можешь бороться, если отвадишь слушателей от ютьюба и телевизионных историй, что тоже сложно. И всё чаще приходишь к выводу, что это, наверное, и не нужно.

Как на радио делали хиты

У современных артистов есть вероятность случайного вируса: трек либо залетит, либо не залетит. А мы в девяностые ставили песню в эфир и крутили пять-шесть раз в день, каждый день. И даже если она не нравилась людям сразу, то через день, через неделю или через месяц у них эта песня звучала в голове. Они знали и песню, и того, кто её поёт. И в каком-нибудь Краснодаре, увидев имя на афише, они думали: «Схожу послушаю». Это называлось «жёсткой ротацией». Мы разжёвывали людям, что песня — хит. Мы создавали этот хит. И я уверен, что это до сих пор работает. Но «жёсткая ротация» имеет смысл, только когда песня изначально хитовая. Отсутствие хитов — очень частая проблема хороших групп. 

«Нерадийные» песни: почему некоторые треки не берут в эфир

Когда делаешь что угодно, будь то станция или подкаст, ты выбираешь формат и рискуешь деньгами. И дальше уже вопрос: готов ли ты быть альтруистом, меценатом или ты хочешь делать бабки и бизнес? Если ты хочешь поставить на раскрутку условной Вассы Железновой [Независимая певица и автор песен, работающая в жанре инди-фолк с элементами русской традиционной музыки.], ты должен быть готов потерять деньги. Ты никогда не соберёшь «Нашествие». 

Возвращаясь к «Нашему радио» 1998 года: у Миши* (Козырев Михаил Натанович внесен Минюстом РФ в список иноагентов) (Михаила Козырева. — Прим. ред.) была ответственность: он должен был показать деньги Мёрдоку (Руперту Мёрдоку. — Прим. ред.). Он не должен был показать культуру России, не должен был повысить средний IQ населения. Сейчас Миша* (Козырев Михаил Натанович внесен Минюстом РФ в список иноагентов) посыпает голову пеплом за то, что ставил в ротацию «говнорок». Но его бы просто уволили через полгода, если бы вместо этого он крутил условную Tequilajazzz, потому что он не показал бы финансовые показатели и всё бы закрылось. И сколько бы он ни ставил Tequilajazzz, он бы не сделал для Жени Фёдорова в то время больше, чем он сделал. Есть такое понятие — «нерадийная» песня.

За каждого артиста «Нашего радио» я благодарен, потому что это сформировало культурный код нового поколения. И даже если он формировался по принципу «я не хочу быть как эти говнорокеры» — это всё равно. Я сейчас работаю с молодыми артистами, и каждый из них благодарен «Гражданской обороне», Егору Летову, «Агате Кристи», «Королю и Шуту». А значит, всё было не зря. 

Почему «неформат» — не приговор

Нельзя сказать, что молодые инди-артисты «неформат» — они формат, просто подходящего формата нет. Его нужно создать. У этих артистов просто нет сообщества, где бы они аккумулировались. Они должны собраться вместе, чтобы нашёлся человек, который в них поверит и куда-то их продвинет. В 90-х годах, помимо нашей станции, были журнал «Молоток», MTV, сериалы, журнал «Афиша» — и всё это было одной «кашей», которая создавала культурный код, поколение, эпоху. А сейчас — разброс.

Почему на радио играют песни 20-летней давности

Песни, которые крутятся в эфире вот уже двадцать восемь лет, — одни и те же. Потому что в девяностые годы был придуман тест песен. На старте «Нашего радио» мы протестировали миллион групп. Самые высокие рейтинги были у «Кино», у «Алисы», у «Наутилуса» — и «Любэ» было на этом же уровне. И ты ничего не мог с этим сделать. Ты мог демонстративно не крутить, но они давали слушателей, и мы их крутили. 

С тех пор ничего не изменилось. Сейчас тоже есть рейтинги песен. Ты точно так же можешь собрать фокус-группы и понять, что продаётся. И как ни крути, популярные сейчас песни — «Поезда», «Кухни» — даже в сотню не попадут. Они никогда не перебьют в рейтингах популярность старых групп. Либо ты делаешь ретро-«Наше радио» и зарабатываешь на этом деньги, потому что люди готовы слушать это всё по кругу тысячу раз, либо ты берёшь Вассу Железнову и других новых артистов и рискуешь. Но ты туда не заманишь людей 40+, а это основное ядро аудитории. Никому не интересна новая музыка. А молодёжи ты не сможешь объяснить, зачем ей слушать радио, когда у неё есть стриминги, — если, конечно, сейчас ничего не произойдёт в связи с блокировками. 

Как отправить песню на радио и что о ней рассказать

Наш музыкальный редактор принимает, условно, тысячу треков в день. Это огромные объёмы работ. Если она чувствует суперхит, она, конечно, обратит моё внимание. Но она может и что-то пропустить: у неё может быть неудачный день, Новый год или ещё что-то. 

В большинстве случаев люди, которые присылают песни, — грубияны и тролли. Им просто скучно. И к сожалению, когда в какой-то момент ты раздражён от сотни людей, под замес может попасть действительно хороший человек с подходящей песней. 

Я для себя сформулировал, что самый волшебный человек — тот, кто в одном сообщении написал максимум всего конкретно по релизу. Не нужно вот этих: «Привет» — и ждать чего-то. И дальше долгий диалог: «А как вам прислать файлы?» В этот момент — до свидания. Если ты не знаешь, как в современном мире прислать файлы или какой файлообменник использовать... извини.

Касательно информации о релизе: бывает, что песню «дотаскивает» история. Я работаю, исходя из того, что слушатель должен не просто запомнить песню — он должен запомнить: «А, это же те ребята, которым не приехали гитары, и они отыграли концерт без бас-гитары, потому что не отменять же из-за этого выступление». Мне кажется, что на этом «стыке» я приближаю артиста к аудитории. 

Конъюнктура на радио: как «бесхребетность» влияет на ротацию

Главный бич сейчас — бесхребетность. Очень много людей не на своих местах. С этим часто сталкиваешься и постепенно начинаешь взвешивать риски: «А кто прислал этого человека?» В конечном счёте ты просто боишься, что тебе открутят голову, потому что «эту песню написала жена знаешь кого?». А если не поставишь, то пострадает вся команда. Это есть на всех радиостанциях, и это не изобретение 2026 года.

Как только ты идёшь на компромисс с одним исполнителем — таких сразу появляется ещё несколько. И ты должен быть готов к тому, что либо у тебя в какой-то момент всё переполнится такими артистами, либо ты кому-то откажешь и у тебя возникнут проблемы. Сейчас на многие важные места поднялись люди, которые чётко чувствуют конъюнктуру.  

Как цензура влияет на работу в эфире

Это главное, что мешает развивать мысль. Ты сидишь в прямом эфире и должен постоянно анализировать: является иноагентом или нет, запрещённая организация или нет, можно ли про это говорить или ты кого-то обидишь. Например, на «Нашем радио» мы сильно ограничены в наших топовых артистах. Не у всех есть статус иноагента, но на многих существуют негласные запреты. А нам это сильно косит плейлист. Например, «Сплина» можно поставить, а «Машину времени» — нет, потому что Андрей Макаревич* (Макаревич Андрей Вадимович внесен Минюстом РФ в список иноагентов) иноагент. Да, это разные юридические элементы, но нельзя, потому что «а на всякий случай».