Специалисты
Помогаем найти работу в музыкальной
индустрии

«Молодежь стала вникать, что это интересная история»: «Би-2», Ёлка, Cream Soda и другие — о том, почему они издают альбомы на виниле

Getty Images
17 января 2020

17 января 2020

Виниловые пластинки были самым ходовым музыкальным носителем вплоть до начала 1990-х, пока не уступили первенство компакт-дискам. Тем не менее с конца 2000-х интерес к винилу снова начал расти — например, в 2019 году в США продажи пластинок выросли на 12,5%.

Закономерный вопрос: как обстоят дела с винилом в России? Мы спросили об этом у артистов, чьи альбомы выходят на LP, и  у представителей лейблов, которые издают пластинки.

Текст: Владимир Завьялов

Когда российская музыка снова стала издаваться на виниле?

После закрытия винилового подразделения «Мелодии» выпуск пластинок в России резко сбавил темпы. Популярные альбомы в 1990-х и нулевых х крайне редко выходили на пластинках, а издательством занималось считанное количество лейблов (например, Gala, ZeKo-Records, Lilith). В 2010-х российская музыка на виниле стала выходить чаще. Одни из тех, кто ее массово выпускает в России — лейбл «Союз». Его глава Алексей Аляев рассказал, что первыми изданиями лейбла на виниле были «Звездопад» «Гражданской Обороны» и «Мода» «Браво» в начале 2010-х [но это не совсем точно — «Союз» выпускал виниловые пластинки еще в начале 1990-х и даже в нулевых — прим. ИМИ].

По его словам, выпуск себя оправдал: например, «Звездопад» быстро продался и вообще стал коллекционной редкостью. Аляев вспоминает: «Основная часть тиража была черной, а еще должны были выпустить красный и прозрачный винил. Но на заводе что-то перепутали и вместо 100 прозрачных пластинок сделали 22 штуки, хотя должно было быть 600 черных пластинок и по 200 — прозрачных и красных. Естественно, этот прозрачный винил в истории отечественного новодела стал одной из наиболее раритетных пластинок».

Винил «Гражданская оборона» — «Звездопад». Выргород, Союз Мьюзик, 2011
Винил «Гражданская оборона» — «Звездопад». «Выргород», «Союз Мьюзик», 2011

История с «Модой» тоже оказалась довольно интересной. 

«Мастеринг проходил в крутой студии в Калифорнии, — рассказывает Аляев, — но выпускать пластинки прямо там было сложно с точки зрения логистики, поэтому мы нашли подходящий завод в Европе. Надо сказать, что лидер „Браво“ Евгений Хавтан тщательно и скрупулезно относится к процессу создания винила — поэтому нам лакер (специальная мягкая пластинка из алюминия, покрытая лаком, — по ней создается никелевая матрица, которая нужна для того, чтобы сделать виниловую пластинку. — Прим. ИМИ) сделали в Калифорнии. Потом ее в специальном алюминиевом защищенном чемоданчике доставили на немецкий завод, и из этого лакера мы напечатали тираж альбома „Мода“. Когда мы привезли готовый винил Хавтану, он сказал, что звучит очень классно».

Производят ли винил в России сегодня?

Да, но этим занимается один-единственный завод — «Ультра Продакшн». Мнения о качестве изготовленных там пластинок разнятся. 

Аляев уверен, что за годы существования «завод очень сильно выровнял качество», хотя до уровня зарубежной продукции еще и не добрался. 

«Отличается ли российский винил от винила, произведенного в Германии? Конечно, есть такое ощущение», — говорит глава «Союза».

Доволен сделанными в России пластинками своей группы и Артем Хорев из Anacondaz; «Ультра Продакшн» он называет «хорошим производителем». Тем не менее мастеринг — главный, по мнению Хорева, этап изготовления винилового релиза — Anacondaz делают в Лондоне на студии «360».

Винил Anacondaz — «Я тебя никогда». Invisible Management, «Ультра Продакшн», 2019
Винил Anacondaz — «Я тебя никогда». Invisible Management, «Ультра Продакшн», 2019

А вот Шура Би-2 не считает выпуск винила в России хорошей идеей. «Би-2», по его словам, печатают в России только полиграфию, а сами пластинки делают в Германии или Англии.

«Почему в Германии? Пробовали здесь, в России: качество не подходит. Послушайте, сравните — и услышите разницу. Мы долго делали тесты и поняли, что мастеринг надо делать не здесь. А ведь это самое важное: нужно сделать сначала мастеринг, потому что взять цифровую версию и записать ее на винил — не годится. Когда мы записывались на Abbey Road, то работали с людьми, которые специально делали мастеринг под винил. Разница в качестве огромная», — объясняет свой выбор музыкант.

Этап мастеринга — самый важный, согласен Алексей Аляев.

«Обычно все происходит следующим образом, — рассказывает он о производстве винила российских артистов. — Есть уже готовая фонограмма, берется специальный „подмастер“ — недорогой, тысяч десять стоит за фонограмму, — и в конечном итоге просто подводятся частоты, чтобы при накладке на винил это звучало не как компакт-диск, а было близко к звучанию настоящего винила. Мы понимаем, что в основном все записи сейчас цифровые, но, к сожалению, люди сейчас даже этим не морочатся и получают в итоге по саунду компакт-диск со всеми артефактами винилового воспроизводства».

Впрочем, у создания пластинок в России есть и безусловные плюсы. 

«Не нужно мучиться с растаможкой и доставкой, — говорит Аляев. — Они [завод „Ультра Продакшн“. — Прим. ИМИ] делают и маленькие тиражи, и цветные издания, у них вырос сервис по отношению к клиенту. Это хороший вариант для малобюджетных и малотиражных групп. Например, 200 красных пластинок группы „Йорш“ на красном виниле мне будет накладно сделать в Германии. Мне скажут: чувак, надо мыть пресс после красного цвета, поэтому тираж должен быть минимум 500 пластинок».

Если говорить о постсоветском пространстве, то нельзя не упомянуть Semikols — рижский завод по производству винила, которым руководит московский диджей, промоутер и основатель клуба Powerhouse Moscow Андрей Алгоритмик. На этом заводе печатались пластинки групп Cream Soda, On-The-Go, «Интурист», Pompeya и других.

Винил «СБПЧ» — «Наверное, точно». Semikols Records, 2019
Винил «СБПЧ» — «Наверное, точно». Semikols Record Pressing, 2019

Андрей рассказал, что Semikols — это семейное дело: «До моего рождения отец занимался изданием и реализацией пластинок и кассет». Сам же Андрей начинал с издательства западной музыки на CD и организации концертов, пока не понял, что «новая сцена сформировалась и ей пора оставлять след в истории при помощи виниловых пластинок».

По его словам, самый заказываемый тираж — от 300 копий. Как они расходятся? 

«В основном уходят на концертах группы и по предзаказу в их соцсетях, — говорит Алгоритмик. — Если артист способен собрать 300–400 человек на свой концерт, то дистрибуция как таковая такому тиражу не очень нужна».

Зачем вообще артистам винил?

Певица Ёлка объясняет это ностальгией. «Исторически так сложилось, что я из семьи музыкантов, где винил всегда был фетишем. У моей бабушки были пластинки, у нас дома был проигрыватель и очень редкие альбомы на пластинках. Так как наши родители за пластинками натурально охотились, этот дух охоты как-то передался мне. Плюс я лично знакома с несколькими людьми, которые коллекционируют винил», — рассказывает артистка.

Надежда Грицкевич (группа «Наадя») признается: для нее винил не был фетишем, но выпустить альбом на пластинке ее тоже побудила во многом именно ностальгия. 

«В детстве, как и у многих, у меня был проигрыватель с пластинками, который не воспринимался как что-то сакральное. Мы слушали на нем сказки и музыку, первый альбом Уитни Хьюстон я услышала именно на виниле, хотя тогда, конечно, еще не могла понимать разницу между носителями», — сказала Надежда.

Винил «Наадя» — «Наадя». Kometa Music, 2015

Для Артема Хорева винил — это прежде всего мерч. 

«Мы делаем много разного странного мерча. У нас есть и свое пиво, и свои презервативы, например. А винил — это очень даже романтично. Плюс для многих собирать винил — это еще и хобби. Что интересно, пластинки частенько покупают фэны, у которых нет специального проигрывателя, просто как сувенир», — заметил лидер Anacondaz.

«Винил — это целая культура, — говорит Дима Нова из группы Cream Soda, — целый мир со своими нюансами, ритуалами и массой заморочек, начиная от его прослушивания и DJ-сетов, заканчивая производством. Для нас это важно, потому что мы часть этой культуры и хотим, чтобы она жила и расцветала».

Павел «DJ 108» Пачкай, экс-участник питерской хип-хоп-команды DA-108, считает издание культовых альбомов своей группы показателем «статуса» и «большой радостью». 

«До сих пор это как-то ощущается. Поэтому первый классический альбом „Дорога на Восток“ и сингл „Сэй26“ на виниле для меня веха», — сказал DJ 108.

Евгений Горбунов из групп «ГШ» и «Интурист» издание своей музыки на виниле объяснил так: «Мысль о том, что физический носитель с твоим альбомом существует, греет душу в нашу замечательную цифровую эпоху».

Винил «ГШ» — «ОЭЩ МАГЗИУ». Kometa Music, Semikols Record Pressing, 2017

А зачем винил лейблам?

Сергей Климов, глава крупного независимого лейбла ZBS Records, издающего музыку в диапазоне от Дельфина до Монеточки, отмечает, что его дело началось с меломанства.

«Так уж сложилось, что я всегда был рядом с музыкой: интересовался, следил за событиями, активно искал релизы, помогал с графическим оформлением знакомым музыкантам и так далее. Правда, несмотря на диплом программиста, меня случайно затянуло в сферу логистики и таможенного оформления, в которой я и провел немало лет», — рассказал Климов.

Однако со временем работа в офисе начинала все больше и больше раздражать будущего основателя ZBS Records своими ограничениями. 

«На тот момент за границей уже вовсю буйствовал ренессанс винила, а в России только-только стали появляться попытки изданий локальных музыкантов и групп на пластинках. Мне эта идея очень понравилась, и я, пообщавшись с несколькими европейскими фабриками и имея хороший опыт в логистике, решил попробовать издать те коллективы, которые мне нравились и нравятся до сих пор», — рассказал Климов.

На прямой вопрос о том, зачем он этим занимается, Сергей отвечает просто: «Я люблю и музыку, и сам формат виниловой пластинки. Тут и неидеальное, но очень живое и атмосферное звучание винила, и эстетика, а еще — субкультура диггинга, поиска чего-то нового и интересного, обмена мнениями. Это мой стиль жизни, и издания по большей части я готовлю именно для таких же увлеченных музыкой и винилом людей».

Винил «Монеточка» — «Раскраски для взрослых». «Мистерия звука», ZBS Records, 2019

«Завод виниловых пластинок — это своего рода цитадель, производящая слитки музыкальной истории, которая останется на долгие года на физическом носителе, — объясняет Алгоритмик. — Музыканты хотят оставить след в истории, и мы здесь, чтобы помочь им сделать это качественно и красиво».

Хорошо, а это вообще прибыльно?

И музыканты, и лейблы в один голос отвечают: винил в России — точно не про большие деньги. 

«Я не скажу, что издание винила — это какой-то шикарный источник заработка, — говорит Алексей Аляев. — Более того, тиражи продаются долго. Все-таки винил — это дорогостоящее удовольствие. Я бы сказал, что винил — это больше подарок для артистов и поклонников, а не бизнес».

«Мне приходилось брать займы, договариваться об определенных условиях с контрагентами, а самым сложным испытанием было создание узнаваемого имени издательства, не говоря уже о завоевании доверия у аудитории, — вспоминает Сергей Климов, которому в определенный момент пришлось сделать непростой выбор между основной работой и изданием винила. — Когда в каталоге издательства всего несколько изданий, ты мало кому интересен. Именно на этом этапе большинство небольших и независимых издательств и закрываются. Требуется хороший запас износостойкости, трудолюбия, а также самого главного — стремления к поставленной цели и увлеченности».

Первые четыре года Климов работал фактически один и лишь с лета 2017 года смог позволить себе нанять в штат ZBS Records дополнительного сотрудника (компаньон Климова Роман Куштын в группе лейбла в VK назван «главным по продажам»). «До сих пор мы трудимся вдвоем, имея бухгалтерию, иллюстраторов и звукорежиссеров на аутсорсе, — говорит директор лейбла. — И даже сейчас я не могу говорить о какой-либо стабильности: „качели“ продолжаются от месяца к месяцу, от года к году».

«Это проект длиною в жизнь, так что рассуждать о прибыльности можно по-разному. Окупается такая затея примерно за 5–7 лет», — считает Алгоритмик. Он признается, что прибыль «при малом тираже совсем небольшая, около 20–30% от суммы: чем тираж выше, тем выше процент прибыли».

Ёлка называет выпуск винила «очень убыточной сувениркой»: «Это вообще не про зарабатывание денег в моем случае. Для меня это исключительно фетиш и мои амбиции», — говорит певица.

«Я бы не сказал, что это мегаприбыльное мероприятие», — соглашается Шура Би-2, но все же отмечает, что  сейчас пластинки продаются лучше, чем несколько лет назад. «Раньше тысячу штук мы продавали больше года. Сейчас у нас половина тиража уходит по предзаказу еще до релиза. Плюс мы продаем пластинки на концертах: как правило, 5–10 винилов на каждом концерте покупаются».

Артем Хорев говорит, что Anacondaz c продажи винила «много не зарабатывают», но рад, что «ценители могут добавить в коллекцию альбомы» группы. Дима Нова также не рассматривает винил в виде заработка: «Для Cream Soda это больше имиджевая история. Много копий разлетаются в подарок и носят характер сувенира/мерча. Но, как показал опыт, релизы без труда окупаются и желающих купить пластинку в 2019-м предостаточно».

Винил Cream Soda — «Красиво». Semikols Record Pressing, 2018

«Миллионов на пластинках инди-артисту не заработать, — считает Надежда Грицкевич. — Все же печать винила требует достаточно больших вложений: для пластинки требуется сделать отдельный мастер альбома, новую раскладку обложки и яблока». 

Второй альбом «Осколки» группа издать на виниле так и не смогла: сложность, по словам Грицкевич, «в том, что небольшие тиражи стоят группе дороже и их приходится ждать дольше, если имеешь дело, например, с большим заводом. [Впрочем], индустрия не стоит на месте и появляются маленькие частные заводы вроде Semikols Records в Риге, для которых небольшие тиражи в самый раз».

«В Москве и Петербурге пластинки продаются неплохо, — говорит Евгений Горбунов. — А еще лучше — после удачных концертов в Европе. Все зависит от того, что за музыка на пластинке, как выглядит обложка и кто, собственно, слушатель. Эта штука работает не для всех: иногда лучше вложить деньги в футболки и значки, чем в винил. Но если стоять лично за столом с пластинками с маркером в руке, продажи пойдут быстрее».

DJ 108 ответил кратко: «Прибыли тут ноль, главное — вклад в культуру и удовлетворение просьбы настоящих коллекционеров».

Винил «Да 108» — «Дорога на восток». To Russia with Love, ZBS Records, 2016

Насколько сложно артистам издаться на виниле?

Ёлка признается, что это непростой процесс: «Насколько я знаю, сначала нужно проверить завод-изготовитель, потому что многое зависит от оборудования, вплоть до глубины прорезания борозд, толщины винила и его качества в том числе. Я очень рада, что мне не приходится заниматься поиском тех, кто заказывает винил, потому что у меня действительно хороший менеджмент, и тут я могу абсолютно спокойно перепоручать и делегировать».

Винил «Ёлка» — «Точки расставлены». «Мирумир», 2014

Дима Нова полагает, что найти издателя не проблема: «Ничего сложного: если есть деньги, все будет легко и довольно быстро».

«Издателя нашел наш тогдашний лейбл, печатались сами пластинки, кажется, в Чехии, — вспоминает Надежда Грицкевич. — Сейчас подозреваю, что этот процесс несколько усложнился из-за таможни и курса доллара. Мы напечатали 150 пластинок и часть из них разослали тем, кто поддержал нас на Planeta.ru (для того чтобы рассылать пластинки, я купила трехметровый кусок картона и рулон воздушно-пузырчатой пленки), а часть распродали, причем довольно быстро».

Евгений Горбунов называет издание винила несложным мероприятием: «Берешь деньги, платишь их заводу и ждешь тираж. Главное — понять, насколько тебе это вообще нужно и какова рентабельность». «У нашего с Андреем Ли лейбла Incompetence Records сейчас два виниловых релиза: „Командировка“ „Интуриста“ и первый альбом Директора Всего, — продолжает он. — Директор печатался на деньги с проданных копий „Командировки“, которая, в свою очередь, напечатана на средства нашего приятеля, которому в какой-то момент нужно будет эти деньги вернуть. А мой альбом „Экономика“ напечатал лейбл „НИША“ — это та же команда, что занимается фестивалем „Боль“ и Moscow Music Week».

На DJ 108 издатель вышел сам, и артист ему благодарен: «ZBS Records — большие энтузиасты и альтруисты. Бизнес, практически не приносящий денег, все в основном для души и для истинных ценителей».

Почему винил стал популярным снова?

«Молодежь стала вникать, что это интересная история, — отмечает Шура Би-2. — Покупать стали больше: в Лос-Анджелесе, например, есть магазин территорией с футбольное поле. Инди-группы, которые мало где можно найти, электронная музыка — там все находится элементарно».

Винил «Би-2» — «Хипстер». «Мирумир», 2014

«Почему так резко вырос интерес к винилу? Потому что появился формат mp3, который преобразовался в стриминг, — считает Алексей Аляев. — Люди стали слушать музыку как никогда много, и выросли целые поколения, которые всегда слушали музыку в mp3 и на стримингах. У них появился стимул увидеть реальный продукт, пощупать конверт. Впрочем, и в компактах нет ничего плохого: это клевый формат, просто его незаслуженно зачморили, когда винил стал возвращаться».

Однако, по мнению Аляева, несмотря на ренессанс винила, нужно оставаться реалистами. «Винил начал свое возвращение с маленьких показателей, по сравнению с продажами CD они низкие, — указывает он. — Не думаю, что продажи винила обгонят продажи компакт-дисков: винил — это удел коллекционеров».

17 января 2020
Поделиться материалом:Поделиться:
Читайте также