Кирилл Тарушкин2026-08-14T19:00Что известно науке об особенности восприятия, которая объединяет Александра Скрябина, Дюка Эллингтона и Билли АйлишМузыка в цвете: что такое синестезия и как она влияет на творчествоМузыка в цвете: что такое синестезия и как она влияет на творчество
Содержание
Авторы
Можно ли на самом деле увидеть цвет аккорда или почувствовать вкус музыкального интервала? Для людей с синестезией, которая встречается как минимум у 4,4% населения планеты, такие ощущения — обычное дело.
В этой статье мы поговорим о том, что известно современной науке о видах синестезии, связанных с музыкой, чем ощущения синестетов отличаются от обычных ассоциаций и как эта особенность восприятия повлияла на творчество известных композиторов и музыкантов.
Что такое синестезия и какие формы она принимает
Синестезию часто описывают как особенность восприятия реальности, при которой один стимул может вызывать сразу несколько ощущений. Например, обработка зрительной информации может сопровождаться активацией областей мозга, которые участвуют в обработке слуховой информации. В результате человек, например, не просто слышит звуки музыки, но и видит связанные с ними цвета.
На сегодня учёные описали более 60 форм синестезии: цветовые ассоциации могут вызывать не только звуки, но и буквы и цифры. Ощущения при синестезии не всегда связаны с цветом: некоторые синестеты сообщают, что в их восприятии дни недели и месяцы года определённым образом расположены в пространстве.
У других слова, имена или звуки вызывают вкусовые ощущения. Так, в статье, опубликованной в журнале Nature в 2005 году, учёные из Цюриха описали женщину, профессионального музыканта с цветовой и вкусовой синестезиями: «Каждый раз, когда она слышит тот или иной музыкальный интервал, у неё на языке непроизвольно возникает ощущение вкуса, которое зависит от величины музыкального интервала». Например, малая секунда, по её мнению, имеет кислый вкус, а большая секунда — горький.
vСпособность устанавливать связи между ощущениями разных органов чувств в той или иной степени свойственна и людям без синестезии. Именно поэтому нам понятны такие метафоры, как «тёплый свет» или «яркий звук». Однако, в отличие от обычных ассоциаций, которые нередко зависят от контекста и могут изменяться от случая к случаю, синестетические ощущения возникают автоматически и, как правило, остаются устойчивыми на протяжении многих лет. Иными словами, один и тот же стимул (например, определённый звук) в большинстве случаев вызывает одинаковую синестетическую реакцию (например, ассоциацию с определённым цветом).
Цветомузыкальная синестезия: когда звуки и музыка кажутся окрашенными в цвета
«Из всех форм синестезий музыкальные синестезии — особенно цвета, представляющиеся человеку при прослушивании музыки или при мыслях о ней, — являются самыми распространёнными и, возможно, самыми драматичными и красочными», — писал нейробиолог Оливер Сакс в книге «Музыкофилия».
Цветомузыкальную синестезию исследуют с XIX века
Ранние рассуждения о природе и значении подобных ассоциаций содержатся в книге Фрэнсиса Гальтона «Исследования человеческих способностей» (1883). Оливер Сакс отмечает, что книга Фрэнсиса Гальтона — это «одно из первых в истории систематических описаний синестезии», хотя отдельные проявления этого феномена описывали и другие современники учёного.
Во времена Гальтона ещё не существовало термина «синестезия», он появился только в самом конце XIX века. До этого исследователи использовали выражение «вторичные ощущения», а сам Гальтон писал о цветовых ассоциациях. Он отмечал, что «мгновенная ассоциация цвета со звуком свойственна лишь небольшому проценту взрослых, однако среди детей она, по-видимому, встречается довольно часто, хотя и в слабо выраженной форме». Кроме того, уже тогда Гальтон указывал, что такие ассоциации устойчивы, сильно различаются у разных людей и нередко встречаются у нескольких членов одной семьи — сегодня учёные считают эти признаки ключевыми для синестезии.
У людей с цветомузыкальной синестезией определённые цвета могут быть связаны с нотами, аккордами, гаммами, отдельными музыкальными произведениями или даже со всем творчеством конкретного композитора. Цветовые переживания могут ощущаться по-разному. Одни синестеты видят цвет как будто перед собой во внешнем пространстве, другие воспринимают его «мысленным взором». При этом соответствия между музыкой и цветом индивидуальны: одна и та же нота или мелодия может вызывать у разных синестетов ощущения разных цветов.
В одном из исследований описан случай, когда один и тот же синестет с абсолютным слухом по-разному реагировал на до-диез и ре-бемоль: до-диез казался ему красноватым, а ре-бемоль — желтоватым, несмотря на то что эти ноты звучат одинаково. Эта ситуация встречалась у нескольких испытуемых. Авторы связывают разницу в ощущениях не со звучанием ноты самой по себе, а с тем, как человек её называет.
Люди без синестезии тоже находят определённые соответствия между музыкой и цветом
В некоторых экспериментах мажорную музыку чаще связывали с более яркими и желтоватыми цветами, а минорную — с более тёмными и синеватыми. Исследования показывают, что такие ассоциации во многом могут быть связаны с эмоциями, которые вызывают музыка и цвет.
Цветомузыкальная синестезия не всегда сводится к связи между определённым звуком и цветом. Музыка может вызывать также ощущение формы, текстуры, движения и пространственных образов, а цвет может меняться в зависимости от тембра, темпа или инструмента.
Графемно-цветовая синестезия: когда цветными кажутся буквы и цифры
Эта разновидность синестезии, наряду с цветомузыкальной, относится к наиболее распространённым и хорошо изученным. Первую масштабную исследовательскую работу в области графемно-цветовой синестезии проделал немецкий психолог Густав Теодор Фехнер в 1871 году. Примечательно, что в том же году французский поэт-символист Артюр Рембо написал сонет «Гласные» (Les Voyelles), в котором каждой гласной соответствует определённый цвет: «А — чёрный, E — белый, I — красный, O — синий, U — зелёный».
Американский музыкант Билли Джоэл считает, что обладает графемно-цветовой синестезией. В интервью писательнице Морин Сиберг он отметил: «В некоторых песнях, которые я написал, мне приходится следовать цвету гласных». Музыкант объяснил, что связывает слова, которые оканчиваются на сильные гласные — такие как a, e или i, — с «очень насыщенным синим или очень ярким зелёным цветом». Красный он ассоциирует с согласными — такими как t, p или s, то есть с «более жёсткими по звучанию звуками».
А Оливер Сакс в книге «Музыкофилия» приводит пример графемно-цветовой синестезии писательницы, художницы и гитаристки Кристины Лихи. Она видит соответствия между цветом и буквами, причём это распространяется и на буквенные обозначения нот. Например, для неё нота D (ре) зелёная, так же как и буква D в алфавите.
«Кристина считает свою музыкальную синестезию средством, позволяющим ей совершенствовать и обогащать музыкальный талант. Ни диезы, ни бемоли не имеют для Кристины окраски, хотя она слышит эти ноты и без труда их играет. Сама она приписывает это тому факту, что в детстве её учили грамоте с помощью цветных магнитных букв, прикреплённых к холодильнику, но, конечно, в этих буквах не было никаких диезов и бемолей», — пишет Оливер Сакс.
Графемно-цветовые синестеты часто рассказывают, что их цветовые ассоциации помогают лучше запоминать имена, телефонные номера или написание слов. Ещё одна особенность этого вида синестезии — порой ощущения связаны не с самими объектами, а с их смыслом. Например, при виде примера 5 + 2 у человека может возникнуть ощущение цвета, связанного с цифрой 7, даже если саму семёрку он не видит.
Слуховая синестезия движения: когда звучат движущиеся предметы
Этот вид синестезии впервые описали американские нейробиологи Мелисса Саэнс и Кристоф Кох в 2008 году. По их данным, некоторые люди слышат звуки — жужжание, писк или стук — при наблюдении за вспышками света или движущимися предметами, которые обычно двигаются беззвучно.
Как устроена синестезия с научной точки зрения
Существует несколько гипотез, объясняющих механизмы возникновения синестезии, однако ни одна из них пока не получила окончательного подтверждения.
Согласно первой гипотезе, у синестетов сохраняется часть связей между нейронами (синапсов), которая у большинства людей исчезает по мере взросления. В раннем возрасте мозг формирует большое количество таких связей, чтобы лучше усваивать новый опыт. Со временем сохраняются только наиболее востребованные синапсы. Предполагается, что у синестетов этот процесс завершается не полностью и между некоторыми областями мозга остаются дополнительные связи. Эта гипотеза хорошо согласуется с тем фактом, что синестезия обычно развивается в период, когда дети активно осваивают новые навыки. Некоторые исследователи даже считают, что синестезия помогает детям усваивать новые категории знаний, например буквы, числа, месяцы или ноты.
Синестезия не психическое расстройство
Современные исследователи не рассматривают синестезию как заболевание или психическое расстройство. В большинстве случаев синестезия проявляется с детства, сохраняется на протяжении всей жизни и не требует лечения.
«До последнего времени мне как неврологу приходилось очень редко встречать пациентов с синестезиями, ибо синестезия сама по себе едва ли заставит человека обратиться к врачу. Некоторые специалисты считают, что синестезии встречаются у одного человека на две тысячи населения, но, вероятно, они встречаются чаще, ибо люди, как правило, не считают синестезию болезнью. Они были такими с рождения, поэтому считают свои ощущения нормальными», — пишет Оливер Сакс в книге «Музыкофилия».
Согласно второй гипотезе, у синестетов ослаблен механизм, который обычно ограничивает распространение активации нейронов между разными областями мозга. Мы слышим звук, потому что органы слуха передают сигнал в область мозга, участвующую в восприятии звука. Если механизм торможения подобных сигналов ослаблен, активация нейронов может распространяться дальше, например на области, связанные с восприятием цвета. Поэтому человек с синестезией, слушая музыку, не только слышит звук, но и видит цвет.
Исследования показывают, что синестезия чаще встречается среди родственников, однако единого «гена синестезии» учёные пока не обнаружили. Вероятно, наследуется не конкретная форма синестезии и не готовая связь между определёнными звуками и цветами, а общая предрасположенность к возникновению синестетических ощущений.
Как учёные проверяют, что человек действительно синестет
Один из наиболее распространённых методов выявления синестезии — это тест повторной проверки (test-retest procedure). Во время этого теста синестетам предлагают описать — словесно или с помощью выбора цветов из палитры — особенности своих синестетических ощущений, возникающих в ответ на определённые стимулы. Затем без предварительного предупреждения их повторно тестируют через значительный промежуток времени — иногда спустя год и более. Считается, что если человек действительно обладает синестезией, то при повторном тестировании его новые ответы будут хорошо согласовываться со старыми — в отличие от ответов людей без синестезии.
Однако устойчивость ассоциаций сама по себе ещё не доказывает наличие синестезии. Человек может хорошо запомнить придуманные соответствия или усвоить их в детстве. Кроме того, тест на устойчивость не показывает, возникают ли ощущения автоматически или человек намеренно вызывает их в воображении.
Чтобы проверить автоматичность ощущений, учёные используют модифицированный тест Струпа. Если испытуемый утверждает, что буква А кажется ему красной, ему показывают эту букву сначала красным, а затем другим цветом и просят назвать цвет, которым она напечатана. Когда реальный цвет буквы не совпадает с синестетическим, синестеты обычно отвечают медленнее: автоматически возникающее ощущение мешает назвать цвет изображения. Исследователи интерпретируют эту задержку как признак того, что человек не может произвольно подавить синестетическую реакцию.
Для надёжности учёные используют совокупность методов: описание переживаний, повторную проверку устойчивости соответствий, задания на автоматичность и, в отдельных исследованиях, регистрацию активности мозга.
Можно ли приобрести синестезию
Учёные пытались сформировать у взрослых людей без синестезии ассоциации, похожие на синестетические, с помощью различных методик. Например, в эксперименте Олимпии Колизоли — исследовательницы когнитивной психологии из Радбаудского университета в Нидерландах — участники в течение нескольких недель читали книги, в которых некоторые буквы были окрашены в определённые цвета. После завершения эксперимента некоторые из испытуемых сообщили, что начали воспринимать цвета при мысленном представлении этих букв.
В исследовании, посвящённом формированию ассоциаций между формой и цветом, один из участников сообщил, что после нескольких дней тренировок белые фигуры воспринимались цветными.
Наконец, было исследование, в котором испытуемых тренировали формировать ассоциации между высотой звука и цветом. В результате участники сообщали, что начинали видеть определённый цвет каждый раз, когда звучал соответствующий тон.
Эксперименты, описанные в указанных исследованиях, показывают, что взрослый человек способен сформировать устойчивые и частично автоматические связи между разными типами информации. Но они не доказывают, что эти связи такие же, как у реальных синестетов. Например, сообщалось, что ассоциации, созданные в одном из таких экспериментов, исчезли у испытуемых через три месяца. Поэтому пока нельзя утверждать, что с помощью тренировок можно развить полноценную синестезию.
Кроме того, синестезия может проявиться в результате черепно-мозговой травмы. Описан случай, когда 66-летний музыкант после аварии на мотоцикле стал испытывать «навязчивое желание писать музыку» до поздней ночи. Кроме того, у него возникли видения: слушая песни, музыкант видел перед глазами воображаемую нотную запись и мог мгновенно называть сложные аккордовые последовательности — до травмы он не обладал такими навыками. Тестирование выявило у него зрительно-звуковую синестезию. Спустя четыре месяца болезненный интерес к творчеству ушёл. Позже мужчина сообщал, что нашёл написанную им музыку «интересной и странной», но не смог вспомнить, как она была создана.
Какие музыканты испытывают на себе влияние синестезии
О переживаниях, похожих на синестетические, рассказывали многие музыканты. Среди них — Фаррелл Уильямс, Лорд, Дюк Эллингтон, Канье Уэст и другие. Певица Билли Айлиш, например, утверждает, что у каждого знакомого ей человека и дня недели в её голове есть свой цвет, форма и число, а трек Bad Guy — «жёлтый, но также красный, и ассоциируется с цифрой семь. Он не горячий, а тёплый, как духовка, и пахнет печеньем». Певица не раз говорила, что связывает свои особенности восприятия с синестезией, которая есть и у её родственников-мужчин. По её словам, эти ощущения отражены во всех её видеоклипах и артах.
Однако подобные рассказы сами по себе ещё не позволяют уверенно говорить о том, что тот или иной человек — синестет, так как не являются научно подтвёржденным фактом.
Синестезию нередко приписывают композиторам, находившим соответствия между звуками и цветами, в частности Николаю Римскому-Корсакову и Александру Скрябину. Однако учёные спорят, действительно ли ассоциации этих композиторов являются проявлением синестезии в её современном понимании, а не сознательно разработанными философско-эстетическими концепциями. Сохранившихся исторических свидетельств недостаточно, чтобы установить это наверняка.
Николай Римский-Корсаков
О цветомузыкальных ассоциациях Римского-Корсакова известно прежде всего из мемуаров [Василий Ястребцев «Римский-Корсаков. Воспоминания. Том 1»] его ученика и биографа Василия Ястребцева. Ястребцев писал, что разные тональности в представлении композитора «всегда рисуются окрашенными в тот или другой цвет или же, вернее, оттенок того или другого цвета». По словам биографа, диезные тональности вызывали у Римского-Корсакова цветовые ассоциации, а бемольные — ассоциации с теплом или холодом.
Цветомузыкальные ассоциации Римского-Корсакова в опере «Млада»
По словам Ястребцева, композитор использовал цветомузыкальные ассоциации в сцене «Египет» из оперы-балета «Млада». Римский-Корсаков чередовал тональности до-диез минор и ре-бемоль мажор, чтобы передать чувство тепла.
Александр Скрябин
Александр Скрябин также связывал музыкальные тональности с определёнными цветами и использовал эти соответствия при создании симфонической поэмы «Прометей», в партитуру которой включена отдельная партия света.
О цветовой системе композитора известно, в частности, из его разговоров с музыковедом Леонидом Сабанеевым. Сабанеев записал и опубликовал соответствия между тональностями и цветами, но при этом указывал, что Скрябин сознательно выстраивал эту систему ради художественного эффекта. По его словам, композитор отчётливо воспринимал в цвете тональности до мажор, фа мажор и соль мажор, а цвета других тональностей он выводил умозрительно, на основе закономерностей квинтового круга.
Это не исключает возможного влияния синестезии, однако вопрос о том, был ли Скрябин синестетом в современном научном смысле, остаётся открытым.
Оливье Мессиан
Иначе обстоит дело с Оливье Мессианом. Хотя этот французский композитор XX века никогда не проходил современных экспериментальных тестов на синестезию, на протяжении десятилетий он подробно описывал цветовые переживания, связанные с определёнными аккордами и ладами. Эти описания последовательно повторяются в его лекциях, интервью и теоретических трудах.
«Каждый раз, когда я слышу музыку и даже читаю музыку [то есть ноты], я вижу цвета», — писал Мессиан. Он подчёркивал, что эти ощущения были непроизвольными и сопровождали его с детства. При этом ощущение цвета вызывали именно музыкальные структуры — мелодии, аккорды и ритмы.
Соответствия между звуками и цветами оставались у него устойчивыми. Один и тот же «звуковой комплекс», по словам Мессиана, всегда вызывал ассоциации с одним и тем же цветовым комплексом. При изменении тональности менялся цвет, а при изменении октавы — его яркость: на октаву выше — светлее, ниже — темнее.
Мессиан воспринимал эти цвета внутренним зрением. Он говорил, что цвета двигались вместе с музыкой и ощущались чрезвычайно ярко.
Цветовые переживания непосредственно влияли на его композиционный метод. Мессиан подробно описывал цвета аккордов и ладов, указывал их в партитурах и учитывал при выборе гармонии и оркестровки. Он называл отношения между звуком и цветом «важнейшей характеристикой» своего музыкального языка. Его реакция на конфликт музыки и цвета могла быть очень сильной. Мессиан вспоминал балет, в котором музыка в соль мажоре сопровождалась фиолетовым освещением. Это сочетание казалось ему настолько несовместимым, что вызвало физическое недомогание: «Фиолетовый цвет и соль мажор создают совершенно ужасный диссонанс… они страшно сталкивались и вызвали у меня боль в животе».
Майкл Торке
Современный американский композитор Майкл Торке с раннего детства видит мажорные и минорные тональности цветными. Эти цвета он не может изменить ни усилием воли, ни воображением. Они кажутся абсолютно естественными и даже предписанными. Точность и устойчивость синестетических ассоциаций Майкла неоднократно проверяли, и каждый раз они оказывались одними и теми же. Кроме того, они достаточно специфичны, описывает Оливер Сакс в книге «Музыкофилия». Например, тональность соль минор не просто жёлтая, она «цвета охры или гуммигута». Ре минор напоминает «кремень или графит»; тональность фа минор «землистая, похожая на пепел».
«Одно время Майкл думал, что эти ассоциации навеяны игрушечным пианино, на котором он играл в раннем детстве, — у пианино были разноцветные клавиши, но сам композитор сейчас их уже не помнит. Кроме того, некоторые тональности имеют странные оттенки, которые сам Майкл затрудняется описать, так как никогда не видел их в реальной жизни», — рассказывает Оливер Сакс.
Есть ли связь между синестезией и абсолютным слухом
Майкл Торке считает, что у него никогда бы не было синестезии, если бы не абсолютный слух. Согласно современным исследованиям, между синестезией и абсолютным слухом действительно существует связь, как минимум статистическая. У людей с абсолютным слухом синестезия встречается примерно в пять раз чаще, чем среди обычных людей. Так, в одном исследовании среди 768 человек с подтверждённым абсолютным слухом синестезию обнаружили у 151 человека — это 20,1%. Однако абсолютный слух — не обязательное условие музыкальной синестезии.
Другое исследование показало некоторое сходство в работе мозга людей с абсолютным слухом и синестетов. При прослушивании музыки у обеих групп сильнее, чем у остальных участников исследования, активировалась верхняя височная извилина — область мозга, участвующая в обработке звука. Исследователи предположили, что абсолютный слух и синестезия могут частично опираться на общие механизмы обработки сенсорной информации.
Когда Сакс спросил Торке, как именно тот видит цвета, композитор ответил, что они прозрачные и светятся ярко «как экран», но ни в коем случае не мешают ему ясно видеть окружающую реальность. Цвета никогда не смешиваются с внешними красками. Но субъективно они выглядят реально, как настоящие.
В творчестве Майкла Торке связь между цветом и тональностью, по словам самого композитора, прослеживается только в первых написанных им оркестровых произведениях, цикл которых он сам назвал музыкой цвета. В каждой пьесе он исследовал музыкальные возможности какой-либо определённой тональности. Первая пьеса называлась «Оранжевый экстаз», следующие — «Ярко-синяя музыка», «Зелень», «Пурпур» и «Пепел». В других произведениях Майкл никогда открыто не использовал синестезию. На вопрос Сакса о том, как повлияла синестезия на его жизнь, в частности на жизнь профессионального музыканта, композитор отвечает: «Для меня это не очень существенно».
Даёт ли синестезия преимущества в творчестве
Исследования показывают, что между синестезией и творчеством действительно существует связь. Синестеты в среднем чаще занимаются искусством и в целом сильнее вовлечены в творческую деятельность, чем люди без синестезии. Вероятность обнаружить синестезию у музыкантов оказалась примерно в четыре раза выше, чем у людей, которые не занимаются музыкой. Причём среди музыкантов чаще встречается не только цветомузыкальная, но и графемно-цветовая и пространственно-числовая синестезия.
Учёные предполагают, что определённые особенности мышления, связанные с синестезией, могут быть одновременно связаны и со склонностью к занятиям музыкой. Однако синестезия сама по себе не гарантирует высоких творческих способностей. Она может расширить и обогатить субъективный опыт восприятия, но то, как человек использует эти особенности в творчестве, зависит уже от его навыков и практики.
