Музыкальная жизнь Казани

Рассказываем об основных именах и событиях в казанской музыке за последние 150 лет — с момента, когда начал формироваться современный татарский песенный канон. 

Материал был впервые опубликован в июле 2020 года. К июню 2026-го он был обновлён и дополнен. 

Конец XIX — начало ХХ века: формирование музыкальной инфраструктуры и смешение традиций

Казань как культурный центр региона

Казань была центром огромной губернии, которая включала территории современных Татарстана, Марий Эл, Чувашии, части Башкортостана и Ульяновской области. Население города составляло 130 тысяч человек и стремительно росло, а перед началом Первой мировой войны достигло 200 тысяч.

«С одной стороны, это сильные национальные традиции, с другой стороны — культура универсального типа», — так писала о культурном облике Казани 1930-х композитор София Губайдулина. В значительной степени эти слова можно отнести и к сегодняшней Казани.

Музыкальная жизнь города 

С 1903 года в Казани ежегодно проходили 6 симфонических и 10 камерных музыкальных «собраний». Их устраивало местное отделение Русского музыкального общества. Оно открылось в 1864 году, однако активную деятельность начало вести только в начале ХХ века.

Выступления Сергея Рахманинова, а также Александра Скрябина, Сергея Танеева, Антона Рубинштейна пользовались большим успехом. В атмосфере, которая, по выражению рецензента «Казанского телеграфа», была «выше тропической», выступал в Казани знаменитый уроженец города Фёдор Шаляпин. В письме Максиму Горькому он называл Казань «прекраснейшим городом в мире».

Трансформации татарской народной музыки

Во второй половине XIX века в истории татарской народной музыки начался новый этап. Именно тогда были сочинены такие хиты песенного фольклора, как «Күбәләгем» («Бабочка моя») и «Әпипә». Ещё в народную песню вошла гармоника — инструмент, с которым она сегодня ассоциируется в первую очередь.

В то же время сформировался и особенный стиль игры, для которого характерны орнаментальность и обилие мелизмов в верхнем регистре. До появления гармоники похожим способом татары играли на скрипке и курае.

Слияние двух культур 

Начало ХХ века — время активного взаимопроникновения русской и татарской музыкальных культур.

С одной стороны, татарская публика активно посещает европейские и русские оперные и драматические спектакли. Выходят на татарском языке оперные либретто и популярная брошюра об опере Николая Боголюбова. Заметную роль в популяризации этого вида досуга сыграли джадидисты — сторонники европейского воспитания и просвещения.

С другой стороны, русские начинают проявлять интерес к татарской музыке: издаются составленные русскими этнографами и композиторами сборники нот народных песен, в частности «Татарские и башкирские песни для голоса с аккомпанементом фортепиано» Александра Гречанинова.

Национальный мелодизм и багаж европейской музыки соединяют в произведениях, написанных для драматического театра, композиторы Салих Сайдашев и Султан Габяши.

Эксперименты в татарской музыке

Татарская музыка и сама по себе начинает успешно искать новые формы — порой с неожиданным эффектом. Выступают первые хоры и ансамбли народных инструментов. «Когда я узнал, что песни будут исполняться хором, моё сердце охватил страх», — вспоминает писатель Фатих Амирхан. Поэт Габдулла Тукай писал, что от исполнения старинных мелодий оркестром из мандолин «мурашки бежали по спине». Большой популярностью в татарских домах начали пользоваться сначала музыкальные механизмы, а затем грампластинки с записью татарских песен.

Музыкальное образование в Казани

До 1904 года в Казани работала Музыкальная школа Рудольфа Гуммерта. Кроме неё, в городе существовали высокого уровня хоры — как при учебных заведениях, так и в православных, католических и лютеранских храмах. В одном из них — в Духосошественском храме — начинал юный Фёдор Шаляпин. В 1904 году казанское отделение Русского музыкального общества выкупило у Гуммерта его школу и преобразовало её в Казанское музыкальное училище, которое начало готовить профессиональных музыкантов.

Казанская опера 

В начале ХХ века Казань была одним из восьми российских провинциальных городов с постоянно действующей оперной труппой. Спектакли проходили здесь с 1874 года. Однако это постоянство не было устойчивым — оно держалось на паевых товариществах, нередко державшихся на грани краха. Даже у успешных антрепренёров Бородая и Собольщикова-Самарина за работой «жрецов искусства» стояла вполне реальная театральная нищета.

Оперный театр и зрительская культура 

Оперный театр в Казани начала ХХ века жил в другой зрительской культуре — гораздо более шумной, непосредственной и политически заряженной, чем сегодня. Публика могла добиться троекратного исполнения «Марсельезы», а певцов, по воспоминаниям современников, даже носили на руках. За инцидент с «Марсельезой» Собольщикова-Самарина прозвали «красным антрепренёром». На другом представлении публика, напротив, требовала исполнить «Боже, царя храни», а вдобавок не «убивать» Сусанина.

В августе 1919 года отреставрированный стараниями Собольщикова-Самарина театр сгорел при неизвестных обстоятельствах. Оставшаяся часть труппы давала спектакли в Красноармейском театре, а летом гастролировала по Волге на огромной барже со специально построенной сценой и залом на 500 зрителей. Но к 1924 году некогда легендарный актёрский состав окончательно расформировался, а его участники осели в других театрах.

Начало советской эпохи: новая музыкальная система 

Советская музыкальная система

С приходом советской власти музыкальную Казань начали собирать заново: строить систему образования, развивать театры, вовлекать национальные кадры. После революции Казанское музыкальное училище было преобразовано в Государственную двухступенную музыкальную школу, которую через четыре года объединили с Восточной консерваторией в Восточный музыкальный техникум. Его директором стал любимый ученик Чайковского Александр Литвинов, а часть мест в нём выделялась исключительно для татар.

В конце 1920-х учиться в техникуме начали будущие известные композиторы Назиб Жиганов, Александр Ключарев, Юрий Виноградов и Фарид Яруллин.

Первые татарские оперы и балет

Под музыкальным руководством Литвинова состоялись премьеры первых татарских опер Василия Виноградова, Газиза Альмухаметова и Султана Габяши «Сания» (1925) и «Эшче» («Рабочий», 1930), основанных на народных напевах, в том числе собранных Габяши в экспедициях по Поволжью. А уже к началу 1930-х назрела необходимость возобновить регулярные оперные и балетные постановки и создать постоянно действующий театр. Первым шагом стало открытие в 1934 году в Москве молодёжной оперной студии при Московской консерватории для подготовки кадров.

Первые татарские оперы были не только сочинены коллективно, но и поставлены общими усилиями Музыкального техникума, Татарского государственного театра и отдельных опытных артистов. Проект же нового оперного театра, который должен был работать уже на системной основе, был субсидирован правительством ТАССР суммой в один миллион рублей.

Первым итогом работы молодёжной оперной студии стала постановка оперы молодого композитора Назиба Жиганова «Качкын» в 1939 году. Впоследствии Жиганов станет художественным руководителем театра и возглавит Союз композиторов республики и консерваторию. Новое здание Театра оперы и балета на Площади свободы также откроется в 1956 году его оперой «Алтынчәч». Из более чем 20 поставленных в стенах театра татарских опер 8 — его авторства.

Для полноценной работы театра необходима была балетная труппа — она нашлась в Москве. Коллектив «Остров танца» при Хореографическом театре в парке Горького был куплен и привезён в Казань подобно тому, как сегодня покупают футбольные команды.

Важными вехами в истории казанской культуры стали также музыкальная комедия Джаудата Файзи «Башмагым» («Башмачки», 1942) и балет Фарида Яруллина «Шурале» (1945). Впрочем, в период с 1930-х по 1950-е годы татарская симфоническая музыка не пользовалась ощутимым успехом у местной публики. После передач о ней сотрудники Татарского радио нередко получали гневные письма слушателей, требовавших «прекратить играть эту музыку, похожую на грохот кастрюль».

Академическая школа и моң

Вскоре после открытия в 1938 году Театра оперы и балета его представители столкнулись со сложностями в работе с татарскими оперными певцами. Для исполнения национальных опер важно было сохранить характерную манеру пения, связанную с особенностями народного мелодического мышления и фонетики татарского языка. Всего этого сложно добиться, если следовать классической школе оперного пения.

Традиционный татарский характер пения определяется словом «моң», в буквальном переводе — «грусть»; при этом оно в чём-то родственно понятию «soul». В подготовленной Институтом этнологии и антропологии Российской академии наук монографии «Татары» «моң» определяется как «умение петь мелодично, насыщать канонизированную в ритмическом отношении мелодику мелизматическими, орнаментированными распевами». Помимо этого «технического» определения, существует и «интуитивное»: татары могут сказать, что в пении того или иного исполнителя «моң юк», то есть «нет души». Среди казанских оперных певцов первой половины XX века, владевших и академической манерой, и татарскими приёмами вокального исполнения, — Галия Кайбицкая, Мунира Булатова, Фахри Насретдинов.

Союз композиторов ТАССР

В 1939 году по инициативе композиторов Александра Ключарева, Мансура Музафарова и Назиба Жиганова был создан Союз композиторов ТАССР. В начале следующего года его состав насчитывал уже 10 человек, из которых музыкальное образование имели только трое.

За это время Союз стал самым многочисленным творческим объединением подобного рода после таковых в Москве и Санкт-Петербурге. В советское время он играл важную роль: закупал у авторов произведения, оплачивал артистам путёвки в санатории и дома творчества, организовывал авторские концерты композиторов. Расценки у Министерства культуры республики ТАССР были такие: песня — от 70 до 100 рублей, концерт или квартет — до 1000, симфония — до 2000, а опера или балет — до 5–6 тысяч рублей. Раз в 4–5 лет проводились съезды и почти каждый год — пленумы Союза, на которых участники объединения представляли свои новые произведения.

Важный вклад в национальную музыку Татарстана внесли члены союза Рустем Яхин (автор Государственного гимна республики), Сара Садыкова, Алмаз Монасыпов, Шамиль Шарифуллин и многие другие.

Государственная филармония

В 1937 году в Казани открылась Государственная филармония. В её составе, в отличие от других крупных российских филармоний, появились национальные структуры — Кабинет татарского фольклора и Оркестр татарских народных инструментов. Деятельность филармонии в разные годы была связана с именами дирижёра Натана Рахлина, певцов Ильхама Шакирова, Альфии Авзаловой и многих других. В середине 1950-х при эстрадном отделе филармонии был создан прогремевший на весь Союз джазовый оркестр Олега Лундстрема.

Среди татарских певцов, работавших в филармонии, — Сара Садыкова, Зухра Сахабиева, Вафира Гизатуллина. Также всесоюзную славу с песнями на русском языке получил Ренат Ибрагимов. Но не все сотрудники филармонии были уроженцами Татарстана. Например, многонациональный ансамбль Лундстрема состоял из музыкантов советского происхождения, которые переехали в Казань из Шанхая вместе с руководителем.

Казанская консерватория

В 1945 году появилась и Казанская консерватория. Причиной стала нехватка музыкантов и певцов в Театре оперы и балета, а также преподавателей в музыкальных школах города. Ректором консерватории был назначен Назиб Жиганов, он проработал на этом посту 43 года.

В первые двадцать лет в консерватории сохранялся демократический дух: ректор знал в лицо всех студентов, здоровался с каждым из них за руку, мог пригласить в кабинет для беседы, присутствовал на всех выпускных и вступительных экзаменах. В 1962 году консерватория переехала в новое здание на улице Большая Красная. В 1967 году рядом с ним был вырублен сквер и построен Большой зал консерватории, где выступали Святослав Рихтер, Мстислав Ростропович, Николай Петров, Гидон Кремер и многие другие. В 1994-м БКЗ был реконструирован. Из многочисленных выпускников Казанской консерватории, известных за пределами Татарстана, стоит упомянуть композитора Софию Губайдулину.

На исходе советской эпохи: выход за пределы системы и контркультура

Ранний рок и ВИА

Первой рок-группой в Казани считается студенческая команда «Аргонавты», которая образовалась в 1965 году. Впоследствии коллектив был переименован в «Орфей», группа гастролировала в СССР и за границей, работала с певцом Ренатом Ибрагимовым и выпустила на «Мелодии» несколько пластинок.

Среди других казанских ВИА 1960-х и 1970-х — «Идель», работавший с певцом Ильхамом Шакировым, «Каравелла», которая впоследствии стала группой Софии Ротару под названием «Червона рута», «Сайяр», «Волжане», «Зеркало».

Казанский рок-клуб

В 1975 году в Казанском авиационном институте (КАИ) открывается объединение студентов-филофонистов — так называемый ДБР-клуб (сокращение от «джаз-блюз-рок»). Любители музыки собираются, слушают пластинки, проводят лекции о зарубежных музыкантах. Всё это происходит с одобрения и при финансовой поддержке парткома, профкома и институтского начальства. Однако вскоре у организаторов клуба начинаются проблемы: о его деятельности узнают в органах.

Один из близких к клубу фарцовщиков рассказывает на допросе, что название объединения было взято из американского журнала. Копятся и другие факты, свидетельствующие о «неблагонадёжности» казанских любителей музыки. Например, однажды на заседании клуба его организатора Игоря Зисера ударило током от микрофона ровно в тот момент, когда он произносил слово «советский», что было превратно истолковано и «зафиксировано штатным стукачом».

К концу 1970-х клубу становится тесно в КАИ, а увлечение зарубежной рок-музыкой в городе приобретает такой масштаб, что ОК ВЛКСМ решает взять это движение под контроль. ДБР-клуб переезжает в Молодёжный центр, где меломаны начинают проводить дискотеки и рок-концерты.

Там же, при Молодёжном центре, усилиями одного из первых казанских диджеев Рустема Бакунина в марте 1984 года создаётся Казанский рок-клуб. В него вошли около двух десятков местных групп, среди которых были «Холи», «ЗМЧ», «Поролон», «Мэри Джем», «На-на-на», «Акт», «Ангелы и демоны».

С выступлениями в рок-клуб приезжают «Урфин Джюс», Настя Полева, «Наутилус Помпилиус», «Агата Кристи», «Объект насмешек», «Телевизор». После исполнения последними на концерте песни «Твой папа — фашист» разгорается скандал, и клуб на полгода прекращает свою деятельность.
 

1990-е — настоящее время: клубная культура, фестивали и альтернативная музыка

Независимая сцена: клубы, фестивали и сообщества

В 1990-е и первой половине 2000-х казанская рок-музыка звучала со сцен клубов «Банзай», «Арт-Салон», «Рок-Капелла», «Задворки» и других. Важными для местных групп фестивалями были «Рок-укол», «ХаРОКаТ» и «Равноденствие». На выездных вечеринках и клубных площадках выступали «7Б», «tooЖИЕ» («Чужие»), «Клетки», «Чук и Гек», «Чак-чак», Deft, The Killaform, Whiskey Rebellion.

Танцевальная музыка также не обошла Казань стороной. В 1990-е и 2000-е в городе работали Doctor Club, выросший из КЦ Мединститута, Bald'n'Max, «Арена», «Эйфория», Helicopter, «Грот». Некоторые местные артисты выпускались на кассетах лейбла Overground Music, которым занималась крупнейшая и старейшая в Казани электронная промогруппа Ozone Pro. Другой заметный промоутер нулевых, активный и сегодня, — Андрей Питулов, связанный с клубом «Станция» и пространством «Фабрика Алафузова».

В 2008 году в Казани впервые проходит фестиваль «Сотворение мира». На одной сцене с зарубежными хедлайнерами Patti Smith, Manu Chao и Molotov, а также классиками русского рока («Аквариум», «ДДТ») выступали местные группы (Love-Fine, «Мубай», Azat). На государственном телевидении фестиваль, совпавший по времени с грузино-осетинским конфликтом, называли «слётом пацифистов». После этого фестиваль пройдёт в Казани ещё три раза, а в 2012 году он переедет в Пермь и вскоре закроется.

Среди участников были группа Whiteflag Project, где вместе поют евреи и арабы из Сектора Газа, а также джазовый дуэт грузинки Этери Бериашвили и осетинки Ирины Томаевой. На логотипе фестиваля военный бомбардировщик и воздушный шарик вместе образовывали знак пацифика. Президентом фестиваля был Андрей Макаревич* (Макаревич Андрей Вадимович внесен Минюстом РФ в список иноагентов), генеральным продюсером — Сергей Миров, арт-директором — Александр Чепарухин. 

В 2007 году в Казани открывается знаковый для города клуб «Маяковский. Жёлтая кофта». Здесь проходили кинопоказы, рейвы, выступления поэтов и концерты, но запомнился он прежде всего как площадка для живой музыки. Клуб давал возможность выступить практически любому казанскому коллективу, независимо от уровня известности и технического мастерства, и при этом умудрялся не опускать общую планку качества.

Одно из заметных явлений в казанской музыке 2000-х — волна групп, ориентировавшихся на формат британского журнала NME, в основном англоязычных: The Strafe, ioch, Who Are These Men, Conspirators, Love-Fine. Участники двух последних коллективов впоследствии переехали в Москву и стали играть в заметных в том числе на мировой сцене проектах «ГШ» (Glintshake), Kate NV и «ПТУ».

Какое-то время ту же нишу, что и «Маяковский», занимал клуб China-Town-Cafe. В 2015 году он закрылся на ремонт и после этого так и не открылся. Постоянно работавшие на этой площадке под вывеской SoundDays промоутеры Тимур Птахин и Александр Сафин впоследствии стали сооснователями бара «Соль», одной из главных актуальных площадок города.

Татарская эстрада 

В 90-е родился большой мир татарской эстрады, включающий несколько сотен артистов, свои радиостанции, телеканалы, газеты и фестивали. Большинство исполнителей имеют локальную популярность в Татарстане и Башкортостане, а также среди татарской диаспоры в других городах. Гонорары топовых артистов этой сцены могут достигать семизначных сумм.

Среди заметных представителей татарской эстрады 90-х — Салават, Хания Фархи, Айдар Галимов.

Популярная музыка Татарстана

Начиная с 1990-х, известность получили татарстанские артисты: поп-певицы МакSим и Алсу, призёрки шоу «Голос» и «Голос.Дети» Дина Гарипова, Эльмира Калимуллина и Саида Мухаметзянова, оперная певица Аида Гарифуллина, постоянные участники эфиров «Нашего радио» и фестиваля «Нашествие» «Анимация» и «Мураками», рэп-группа «Злой Дух», вокальное трио Jukebox, а также рок-коллективы «Дом Кукол», «Волга-Волга», «Медвежий угол», HSV и мультиинструменталист Митя Бурмистров. Последний в начале 2010-х под именем Masta Mic был одним из наиболее популярных музыкантов российского YouTube, а сейчас возглавляет сольный проект Mitya.

Альтернативная музыка Татарстана

Неэстрадные жанры на татарском языке долгое время оставались сравнительно редким явлением. В середине 2000-х их немногочисленные представители проводили вечеринки, многие из которых происходили в формате джемов, участвовали в совместных сборниках и всячески поддерживали друг друга.

Среди артистов первой волны альтернативной музыки стоит выделить рэп-группу Ittifaq, хард-рокеров Alqanat и Ильдара Мубаракшина, записывавшего под псевдонимом Мубай акустический софисти-поп, который он сам называет «аксубаевским фьюженом».

В 2012 году Ильяс Гафаров из дуэта Ittifaq вместе с единомышленниками решил открыть студию и лейбл Yummy Music. С тех пор лейбл разросся: теперь его каталог включает более 300 песен, а его музыканты выступают на крупных площадках в Казани, по России и всему миру. Среди главных музыкантов в ростере Yummy Music — покойная джаз-фолк-певица из Австралии Зуля Камалова, проекты Радифа Кашапова, фолк-ансамбль Juna, рэпер УСАЛ и рок-группа Gauga. В рамках фестиваля татарской песни «Yзгәреш җиле» артисты лейбла выходили на сцену Карнеги-холла в Нью-Йорке.

Первое время Yummy Music базировались на верхнем этаже здания Союза театральных деятелей Республики Татарстан. Одна из первых записей, которую Ильяс и автор этого материала спродюсировали в 2011 году, — альбом «Баш күтәрүләр тарихы» начинающего барда Рушана Хәяли. Эта запись была сделана на взятом напрокат оборудовании в подвале Дома актёра и в загородном доме.

Сегодня у татарского рэпа, молодого жанра, уже есть свои звёзды. Это коллектив «АИГЕЛ», благодаря которому речитатив на языке Тукая звучал в эфире Первого канала, проект Tatarka, собирающий миллионы просмотров на YouTube, а также рэпер Нурминский. Сначала он выстрелил с песнями на родном языке, а впоследствии — на русском.