Татарская эстрада: баян, деньги, корпорат

Небольшая подборка обложек грампластинок Ильгама Шакирова

В 2020-м популярный в Татарстане фестиваль «Татар җыры» («Татарская песня») так и не состоялся — ни офлайн, ни онлайн. В этом году шоу — своего рода символ стабильности местной эстрады — решили не проводить. В условиях пандемии событие нельзя было организовать в привычном формате большого праздника в казанском культурно-развлекательном комплексе «Пирамида». Но эта закономерная пауза — и явный признак стагнации, наступившей в сфере, где все работает по однозначным законам «настоящего» музыкального бизнеса — с лейблами, телевидением, радио и корпоративами.

От граммофона до радиостанции

История татарской музыки начинается в 1910-х, когда в республике получили широкое распространение граммофоны. Популярность локальных фонограмм была настолько очевидной, что песни татарских исполнителей записали и выпустили две крупные фирмы того времени — французская Pathé и британская Gramophone. Представители этих компаний приезжали в Казань, где с большим трудом находили артистов (тогда публичное исполнение песен осуждалось в татарском мусульманском сообществе).

Среди популярных татарских исполнителей начала XX века — Камиль Мутыги, Марьям Искандарова (она не только пела, но и танцевала), Нафиса Позднякова и другие. 

Записывались певцы так: артистам приходилось громко кричать в рупор, соединенный со специальной мембраной. Она заставляла колебаться иглу, которая оставляла на восковой пластинке борозды. Поэт Габдулла Тукай называл эти записи «кошачьими воплями». Музыкально первые татарские звезды следовали за русскими коллегами — нередко на мелодию русскоязычных авторов накладывали татарский текст.

Джазовый оркестр Олега Лундстрема

В 1927 году в Казани начали вещать радиостанции, что в значительной мере повлияло на формирование татарской эстрады. С этого момента можно было не ждать концерта понравившегося артиста, а просто послушать его музыку в эфире.

Важным событием также стало открытие Филармонии имени Габдуллы Тукая в 1937 году. В частности, здесь обосновался прибывший из Харбина эстрадно-джазовый оркестр под управлением Олега Лундстрема. В филармонии работали и важнейшие для татарской музыки певцы — Ильгам Шакиров и его ансамбль «Идель», Альфия Авзалова с ансамблем «Казан утлары» («Огни Казани») и другие. Будучи штатными солистами филармонии, эти артисты гастролировали с аккомпанирующим составом по всей стране.

Баян и электроника

Эстрадные песни советских лет делились на две категории: исполняемые под баян (после революции он стал главным татарским инструментом, заменив традиционные домбру и кул-кубыз) и композиции, аранжированные в стиле зарубежной популярной музыки. К примеру, записи Ильгама Шакирова 1960–1970-х годов демонстрируют знакомство участников его ансамбля с новинками рок- и поп-музыки тех времен — так, песня «Идел буе каеннары» («Березы на берегу Волги») начинается с риффа из «Hello, I Love You» группы The Doors.

Выступление Ильгама Шакирова, 1969 год. Источник: Татарская государственная филармония имени Габдуллы Тукая

Отметим, что два этих звучания не смешивались. Зачастую в деревенских клубах песни, исполняемые под баян, ценились выше. Широко известен случай, когда в зале пропало электричество и Шакирову пришлось петь по старинке, без микрофона. Артист удостоился более бурных аплодисментов, чем во время исполнения аранжированных по моде композиций. Альфия Авзалова вспоминала, что публика на деревенских концертах поначалу кричала: «Зачем вы стучите по ведру?»: сельским зрителям был не по душе звук барабанов.

Развитие аранжировок — во многом заслуга руководителя одного из первых казанских ВИА: коллектива «Орфей» Вадима Усманова. Музыкант играл у Шакирова, возглавлял ансамбль при филармонии. Он записал и аранжировал песни десятков звезд эстрады. Усманов планомерно двигался вслед моде —  в его песнях 1960-х можно услышать робкое подражание ритм-энд-блюз-коллективам, а в 1980-е музыкант уже вовсю использовал синтезаторы.

Золотым периодом татарской эстрады считаются 1960–1970-е, когда артисты ТАССР работали с оркестрами. Песни записывались в Ленинградской студии грамзаписи, а также в местной студии радиокомитета. При этом редко кто из артистов татарской эстрады тех лет пел на русском. Исключение — Ренат Ибрагимов, который, хоть и продолжает сейчас иногда исполнять песни на татарском, сделал в Москве карьеру баритона с русскоязычным репертуаром.

Синтезаторы и оркестровые боевики

В 1980-е татарская эстрада начинает осваивать синтезаторы. Произошло это не только из-за извечного следования за мировыми трендами и русскоязычными коллегами, но и по экономическим причинам — записывать выступление оркестров и игру на инструментах обходилось дороже.

Участник ансамбля Вадима Усманова Сергей Рычков пишет в комментариях к клипу «Туй күлмәге» («Свадебное платье») 1991 года в исполнении Венеры Ганеевой: «Приятно вспомнить, как мы это играли и записывали в радиокомитете. Сделали [песню] в стиле а-ля „Модерн Токинг“. Играет Вадик Усманов (клавиши), Анас Бакиров (гитара), я на басу (Сергей Рычков), Олег Федоров (ритм-бокс). Тут [в записи на YouTube] звучит хуже, гулко. На самом деле, все звучало исключительно, качественно. Очевидно, когда оцифровывали архив, звук изменился. Оригинала нет уже, к сожалению. Мы в те годы очень много писали песен на радио, которые вошли в золотой фонд РТ. Назывались мы так: „Ансамбль под управлением Вадима Усманова“».

Кадры из видео Венеры Ганеевой «Туй күлмәге»

Композитор Резеда Ахиярова также считает, что сдвиг локальной сцены в сторону электронного звучания произошел из-за Усманова.

«Я работала с его небольшим ансамблем. И он сам, и его музыканты были очень талантливыми. Мы вместе писали много песен, музыку к театральным постановкам. Некоторые любят смешивать звук синтезаторов и баяна. Я никогда так не делала, это нонсенс. Я думаю, так смешивали, чтобы было задушевнее, по-татарски», — рассказывает Ахиярова.

В начале 1980-х началось массовое производство подходящих для любительского музицирования синтезаторов.

«У СССР в этом плане есть некоторое опоздание, которое было ликвидировано в конце 1980-х. Далее мы идем практически синхронно с Западом», — рассказывает профессор Казанской консерватории Вадим Дулат-Алеев.

По словам профессора, в начале 1990-х к уже привычному звуку синтезаторов стали добавлять баяны, и это совпало с трендом на возрождение национальной культуры.

Действительно, хиты татарской эстрады середины 1980-х все еще представляют собой записи игры ансамблей с гитарами и барабанами, а также оркестровые боевики.

На рубеже 1990-х популярные татарские песни начали делаться при помощи ритм-боксов и продукции фирм Roland и Yamaha. По звучанию некоторые из этих композиций напоминают, к примеру, опусы Юрия Чернавского.

«Использовалась обычная аппаратура, что была на то время. Внешние секвенсоры к звуковым модулям типа E-mu Proteus, первые семплеры, пленочные аналоговые многоканальные магнитофоны. Затем появились пленочные цифровые ADATы. После — цифровые станции AKAI DR 16. В итоге всё железо заменили DAW», — говорит сын Вадима Усманова Оскар.

Записи татарской эстрады начала 1990-х звучат уже по-другому: простой бит из синтезатора (скорее всего, рабочей станции типа Roland JW-50, с возможностью забить туда всю аранжировку поканально), мелодии оттуда же и наигрыши баяна, а то и двух. Отличная иллюстрация этого стиля — концерт Салавата Фатхутдинова 1992 года: два баяна, синтезатор (который редко включается), сольные номера других участников и даже стендап-номера от Фатхутдинова.

Хозрасчет и экономия на мебели

В начале 1990-х монополия на концерты заменяется хозрасчетом — артисты начали работать не на филармонии, а на себя. В условиях того времени наиболее удачно складывались дела у небольших коллективов, игравших музыку, которая вменяемо звучала на деревенской аппаратуре. Сочетание синтезаторов и баянов стали использовать практически все, включая Шакирова и Авзалову.

Салават Фатхутдинов исполняет песню «Золэйха», 1993 год

«Исполнители начали выступать самостоятельно, и Салават Фатхутдинов после „Татар җыры“ (советского аналога будущего одноименного фестиваля. — Прим. «ИМИ.Журнала») в 1989 году уехал работать в Набережные Челны и в начале 1990-х стал популярным, как и Хания Фархи», — рассказывает преподаватель Казанского музыкального колледжа имени Аухадеева Гульназ Зиангирова.

В это же время складывается стиль татарской эстрады — музыкальный и сценический, — который сохраняется и сейчас: звучание, копирующее русскоязычную поп-музыку 1980-х с переливами баяна, а также выступления под «минус», а зачастую и под «плюс».

Иногда на сцене появляется танцевальная поддержка. Сценическая одежда артистов, как правило, ярких цветов и непропорциональных размеров. С годами у татарских эстрадных звезд улучшается качество звучания, но неизменной остается только тематика композиций — любовь, семейные ссоры, мама, родная деревня.

Еще одна характерная черта — наличие «мебели» — музыкантов, играющих на неподключенных инструментах (зачастую тех, что не задействованы в композиции). Сегодня нанять артиста, играющего для вида, стоит в два раза дешевле, чем «настоящего»: около 2-3 тысяч рублей за концерт. При этом, кстати, баянисты на таких выступлениях все равно играют вживую — это связано и с особенностью звукоизвлечения инструмента, и с, в целом, высоким уровнем профессионализма приглашенных музыкантов.

Сейчас артисты первого эшелона — Гузель Уразова, Элвин Грей, Ришат Тухватуллин, Фирдус Тямаев, Иркэ — выступают с живыми составами, хотя и те порой могут играть на концертах поверх студийной записи.

Выступление Ильсии Бадретдиновой с балетом в медицинских масках, август 2020

Помимо услуг музыкантов, рядовой татарский поп-артист оплачивает запись в студии, съемку видеоклипов, ротацию песен на телевидении и радио. Разброс в гонорарах у татарских эстрадных композиторов велик.

Средняя цена за мелодию — 30 тысяч рублей и выше. За аранжировку в Казани просят как минимум 10 тысяч рублей. При этом сейчас многие композиторы выступают в роли саундпродюсеров, предоставляя артистам готовые аранжировки. Цены на них, включая запись музыкантов и сведение, варьируются от 50 до 100 тысяч рублей. А вот заказать стихи стоит недорого — от 1 до 5 тысяч рублей.

Главные артисты татарской эстрады прямо сейчас

Классический пример представителя татарской эстрады старой школы, до сих очень популярного на местной сцене, — Салават Фатхутдинов. Фатхутдинов — заслуженный и народный артист Республики Татарстан, заслуженный артист Российской Федерации, лауреат премии имени Габдуллы Тукая — главной в республике, а также увлеченный автогонщик.

Салават зарабатывает деньги не только на музыке, одна из его известных инициатив — театр песни «Салават». Как указывает сайт «Реальное время», организация Фатхутдинова, ранее зарабатывавшая до 1,8 миллиона в год, закончила 2018-й с убытком в 356 тысяч, но в 2019-м подняла выручку до 13,5 миллиона рублей, правда, получив в качестве прибыли лишь 876 тысяч рублей.

Элвин Грей. Источник: инстаграм артиста

Символ новой школы эстрады — башкир Радик Юльякшин, выступающий под псевдонимом Элвин Грей. Патриот Уфы, в свое время отвергнутый казанскими лейблами, он сначала поработал в Москве, а потом вернулся в регионы, где начал активно выпускать песни и ездить с концертами. Элвин Грей делает ставку на яркий имидж и танцевальные композиции с прицелом на подростковую аудиторию. Его звук отличается от саунда татарской эстрады — баянам здесь места нет.

В 2018 году музыкант собрал 8 тысяч человек на площадке «Уфа-Арена», 9 тысяч на казанском стадионе «Татнефть Арена», а в феврале 2020-го — 7 тысяч в московском «Крокус Сити Холле». Вместе с продюсером Александром Слюсаренко Элвин Грей владеет лейблом Elvin Grey Music. В 2019 году прибыль лейбла составила 5,5 миллиона рублей. В 2020-м артиста назначили советником по вопросам развития культуры и молодежной политики при главе Башкирии.

Во время пандемии Элвин Грей начал активно сотрудничать с другим популярным эстрадным артистом, также уроженцем Башкортостана, Ришатом Тухватуллиным. В рамках республиканской карантинной акции #айдадомой онлайн-выступление Ришата посмотрели свыше 650 тысяч человек. Ранее, в мае 2019 года, Тухватуллин предложил создать Союз татарских эстрадных исполнителей, чтобы способствовать «повышению престижа татарской песни». При этом, как и Юльякшин, Тухватуллин недавно запел на русском.

Где ловить татарскую эстраду: радио, телевидение, лейблы

В 1990-е татарские артисты зарабатывали не только на концертах, но и на продаже аудио- и видеокассет. Больше всех в те годы обогатилась группа компаний «Барс-Медиа». В 1998-м фирма запустила первую в республике промышленную линию по производству компакт-дисков и выпустила музыкальный сборник певца Зульфата Хакима «Хәерле юл» («Добрый путь»). Через год «барсы» открыли свою звукозаписывающую компанию и продюсерский центр «Барс-Рекордс».

Культурно-развлекательный комплекс «Пирамида», в котором проводится фестиваль «Татар җыры». Источник: Lion10~commonswiki / commons.wikimedia.org

В 1999-м состоялся первый коммерческий фестиваль «Татар җыры», также учрежденный «Барс-Медиа». Он шел пять дней, программа праздника представляла собой рядовой сборный концерт татарских артистов. Победителей награждали брошью в виде золотого барса, украшенной бриллиантом.

Формат «Татар җыры» не меняется много лет — это один большой концерт, на котором исполняются наиболее хитовые песни татарской эстрады. Организаторы утверждают, что материал для исполнения отбирается в результате анализа продаж дисков и популярности композиций и исполнителей на радио. Фестиваль часто посещают чиновники — от глав регионов до министров и президентов. До переноса шоу на 18 декабря 2021-го билеты на событие стоили от 2 до 12 тысяч рублей.

В 2000 году появилась сеть дистрибуции «Bars Distribution», а в 2001-м «барсы» создали Татарское авторское общество и радиостанцию с круглосуточным вещанием «Татар радиосы» («Татарское радио»). По данным исследовательской компании TNS Gallup Media, «Татар радиосы» занимает первое место в рейтинге татароязычных радиостанций страны.

Коллективное исполнение песни «Мин яратам сине, Татарстан» на закрытии фестиваля «Татар җыры» в 2015 году. Источник: bars-media.ru

В 2005-м «Барс-Медиа» организовали проект «Йолдызлар фабрикасы» («Фабрика звезд») и стали выпускать еженедельную газету «Каеф Ничек?» («Как настроение?»). Спустя четыре года «Барс-Медиа» провели фестиваль татарской молодежной танцевальной музыки «Tatar Music Awards» («ТМА»), а в 2012-м у компании появился телеканал татарской эстрады «TMTV». 

По сути, сила «Барс-Медиа» — в возможности раскрутить локального артиста по всем правилам шоу-бизнеса: от записи песен, съемок клипов, организации концертов до продвижения исполнителя при помощи награждения собственной музыкальной премией.

В 2007 году коллектив Ittifaq выпустил диск «Бәлки», который стал первым альбомом татарского рэпа

Компания является крупным, но не единственным лейблом в республике. В середине нулевых продюсер Оскар Усманов основал лейбл «Оскар-Рекордс». В частности, именно эта фирма выпустила первый альбом татарского рэпа — диск группы Ittifaq «Бәлки» («Может быть»). 

«С приходом интернета продажи прекратились, все рухнуло», — говорит Усманов, который, как и его отец, музыкант Вадим Усманов, продолжает заниматься и аранжировками, и записью, и сочинением песен.

Еще одним конкурентом «барсов» считается медиа-холдинг ТРК «Новый век». Он появился на основе телеканала «Татарстан — Новый Век» (ТНВ), начавшего вещание в 2002-м.

В том же году компания учредила радиостанцию «Яңа Гасыр» («Новый век»), а спустя десять лет в результате ребрендинга ее переименовали в «Болгар радиосы» («Радио Болгар»). Главное достижение радиостанции — стопроцентный республиканский охват в FM-диапазоне.

У «Болгар радиосы» есть одноименный продюсерский центр. Его сотрудники организовывают концерты, дискотеки, фестивали, а также занимаются продвижением песен, в частности, в телепередаче «Кайнар хит». На основе хит-парада этой программы формируется список победителей ежегодной премии «Болгар радиосы». Согласно данным Центра аналитических исследований и разработок, «Болгар радиосы» входит в пятерку самых популярных радиостанций Татарстана, наряду с «Европа Плюс», DFM, «Радио Рекорд» и «Радио Дача».

У ТРК «Новый век» есть и свой музыкальный канал — «Майдан».

Корпоративы и стагнация

Основные источники дохода артистов татарской эстрады — концерты и солянки (в XXI веке к ним добавились дискотеки, что привело к увеличению числа танцевальных треков в хит-парадах), а также корпоративы, свадьбы и дни рождения.

В начале зимы 2020-го сайт «Реальное время» опубликовал гонорары татарских артистов за выступление на Новый год. Судя по этим данным, самым дорогим артистом считается Элвин Грей, за часовую программу он просит 700 тысяч рублей. На втором месте — Ришат Тухватуллин (500 тысяч рублей за 45-минутное выступление с музыкантами и танцевальной группой), на третьем — Салават Фатхутдинов — 350 тысяч за 40-минутный концерт. Активно гастролирующая по всей России певица Ильсия Бадретдинова просит за сет из семи-восьми песен с группой 170 тысяч рублей (сольно — 100 тысяч). Замыкает список певец Рамиль Закиров, за два выхода по пять-шесть песен он берет всего 7 тысяч рублей.

Выход Ландыш Нигматжановой на сцену на фестивале «Татар җыры», 2018 год

Гастроли татарских эстрадников не ограничиваются городами — они ездят по райцентрам и крупным деревням, перемещаясь на микроавтобусах и порой ночуя у хлебосольных поклонников.

Общая стагнация рынка (его крупные игроки неоднократно признавались, что эстрада застыла в развитии) и чудовищное снижение продаж физических носителей обнажили немало проблем в музыкальной индустрии Татарстана. Это привело к, вероятно, наиболее громкому скандалу на местной эстрадной сцене, вызванному разногласиями внутри «Барс-Медиа».

В начале 2020-го в связи с конфликтами среди руководства «Барс-Медиа» певица Ландыш Нигматжанова разорвала отношения с компанией после 15 лет сотрудничества. По словам артистки, на решения в «Барс-Медиа» оказывала влияние другая звезда лейбла — Иркэ. На сторону Нигматжановой встали популярные артисты Алсу и Азат Фазлыевы, Рамиля и Рамиль Хайрутдиновы, Фирдус Тямаев. Иркэ поддержал Элвин Грей.

Обложки альбомов и синглов современных татарских поп-исполнителей

Тямаев, один из самых продаваемых артистов, сотрудничавших с «Барс-Медиа», рассказал сайту «Интертат», что платил за трехмесячную ротацию песен на «Татар радиосы» 150 тысяч рублей. «До этого мы работали по бартеру. Например, я ездил на „Татар җыры“, участвовал на протяжении года в солянках, в других проектах — и они [„Барс-Медиа“] не брали с меня денег. А в последний год поставили условие — платить. Ладно, мы начали платить. Но я отказался петь на солянках и перестал участвовать в проектах. Бизнес-отношения», — рассказывает певец.

Независимость и пандемия

По сути, артистам татарской эстрады, особенно крупным, сегодня не нужен лейбл. У локальных звезд есть популярные аккаунты в социальных сетях (например, у инстаграма Гузели Уразовой 547 тысяч подписчиков по состоянию на конец декабря 2020-го). Исполнители сами могут вкладываться в клипы и их раскрутку, организовывать концерты и публиковать песни. 

Судя по релизам на цифровых платформах, Гузель Уразова выпускает треки на собственном лейбле Guzel Urazova. У Фирдуса Тямаева также есть собственное музыкальное издательство «Безнен Тямай» («Наш Тямай»). Однако Тямаев указывает, что уход крупных лейблов может оказаться губительным для бизнеса — молодым артистам будет тяжелее раскрутить свое творчество. Пока что ни одной интернет-звезды, вспыхнувшей не под надзором продюсера, в Татарстане не появилось.

Иркэ исполняет песню «Кура җиләк» в рамках сольной программы, 2020 год

Между тем, «Барс-Медиа» запустили осенью новый проект — реалити-шоу для молодых вокалистов «Яңа йолдыз» («Новая звезда») при поддержке президента республики Рустама Минниханова. Это первый опыт сотрудничества лейбла и власти. В проекте участвует продюсер «Фабрики звезд» Лина Арифулина. Согласно условиям шоу, с тремя лучшими артистами лейбл подпишет контракт.

Радиостанция «Болгар радиосы» решилась провести одноименную премию, но, как и канал «TMTV» в августе, в режиме онлайн. Главный редактор и продюсер радиостанции Ильфар Каримов отметил на пресс-конференции, что единственный плюс этой ситуации — увеличение количества музыкального контента.

По словам радиопродюсера, раньше артисты сначала играли на новогодних корпоративах, потом — на 14 и 23 февраля, 8 марта, позже наступала череда свадеб, так что исполнителям удавалось выпустить лишь две-три песни летом. Сейчас же в условиях тотальной безработицы новые композиции выходят постоянно.

Своеобразным ответом пандемии стал переход татарских музыкантов в сетевой маркетинг — к примеру, Фирдус Тямаев взял под опеку весь свой многочисленный коллектив, предложив хотя бы так пережить период, когда невозможно давать концерты по сельским клубам. Теперь певца кормит компания «NL International», продающая, в основном, косметику и продукты питания. В частности, Тямаев провел прямой эфир, в котором рассказал, какими средствами пользуется сам.

Коллега Тямаева, Гузель Уразова, спела на открытии магазина корейской косметики Atomy в казанском «Корстоне» — артистка открыто рекламирует продукцию бренда у себя в соцсетях. Между тем, певица также входит в топ самых успешных татарских исполнителей: в феврале она собрала «Татнефть Арену» в Казани, а годом ранее — отметила пятнадцатилетие творческой деятельности на сцене Государственного Кремлевского дворца.

Гузель Уразова открывает юбилейный сольный концерт в Кремле, 2019 год

Если даже крупным артистам остается искать альтернативные источники дохода, что остается не столь популярным музыкантам? СМИ Татарстана сообщают, что на местной эстрадной сцене работают до 800-1000 артистов, а одна дотошная телезрительница насчитала в эфире канала «Майдан» 268 исполнителей, дуэтов и групп. Вероятно, значительная часть этих проектов пандемию, увы, не переживет.

Поделиться материалом:Поделиться:
Подпишитесь на рассылку
Рассылка о самом интересном в музыкальной индустрии
Читайте также